Магнус Чейз и боги Асгарда. Книга 2. Молот Тора

– Но разве тебя саму не тревожит Алекс Фьерро? – решил выяснить я. – Ты ведь религиозна, ну и все такое прочее, а она, как-никак… трансгендер.

Сэм иронически изогнула бровь.

– Религиозность моя и все такое прочее побуждает меня тревожиться здесь из-за многого. – Рука ее описала в воздухе круг. – Знал бы ты, сколько сомнений и внутренних мук мне пришлось испытать, когда выяснилось, что мой отец… ну, ты сам понимаешь… До сих пор не могу принять для себя, что древнескандинавские боги действительно боги.

Я считаю, это просто могущественные существа, часть из которых приходится мне невыносимыми родственниками. Но создал их, как и все остальное на свете, единственный бог – Аллах.

– Сэм, а ты не забыла, что я атеист? – заходил у меня уже ум за разум от этих ее рассуждений.

– Звучит, как в том анекдоте, – улыбнулась она. – Попали однажды атеист и мусульманин в жизнь после смерти, но тут выяснилось, что она для язычников. Словом, трансгендерность Алекс – самая меньшая из моих проблем.

Меня куда больше волнует, насколько сильна ее связь с нашим общим отцом. – Сэм провела пальцем по линии жизни у себя на ладони. – Понятно ли ей, что, так часто меняя облик, она впадает в зависимость от силы Локи? А ему нельзя давать власти больше, чем уже есть.

Я уже слышал от Сэм приблизительно то же, когда она объясняла мне, почему только в крайних случаях прибегает к оборотничеству. Мне лично кажется, что она это зря. Обладай я сам подобной способностью, каждые две минуты бы превращался в огромного белого медведя, доводя окружающих до медвежьей болезни.

– Какую конкретно власть ты имеешь в виду? – захотелось выяснить мне.

– Забудь, – отвела взгляд в сторону Сэм. – Я полагаю, ты так стремительно полетел вслед за мной не для беседы об Алекс.

– Зришь в корень, – подтвердил я и принялся ей рассказывать обо всем, что случилось на поле боя. Драконы. Локи в безвкусном смокинге, оккупировавший мою голову и пригласивший на свадьбу.

Трим – великан с голосом, как у моржа, владеющий баром, продающий там самые омерзительно пахнущие маринованные огурцы во всем Йотунхейме и намеренный сыграть свадьбу с Сэм…

Джек тоже еще не слышал кое-каких подробностей этой истории, поэтому, несмотря на свое обещание посидеть неодушевленным предметом, то и дело выкрикивал: «Да ты шутишь!» – как в подобающих, так и в не совсем подобающих моментах.

Наконец я умолк. Сэм тоже молчала.