Драконья Десница: Подземная канцелярия

 – У вас принцесса раненая, а вы тут стоит, рты свои разинули! Разве никто из вас, бестолочей, не обучался полевой медицине?! Перевяжите ей голову, погрузите на лошадей и быстро мчите в Столицу!

Гвардейцы резко засуетились, как будто их вывели из оцепенения ударом тока.

– Не хватало нам ещё принцессу потерять! Короля и так убили! Нет, не моего, а вашего! С моим-то всё в порядке! А своего вы не уберегли! А теперь ещё и это! Куда вы смотрели?! Кто виноват? А?! – он так разошёлся, что ни один из гвардейцев даже не решался вступить с ним в диалог, не то что попросить помощи.

Они перевязали голову Фелиции, отчего она даже пришла в себя, посмотрела по сторонам мутным и непонимающим взглядом, будто выпила три пинты виски перед отправкой, а потом их закрыла. Затем у них встала неразрешимая задача, как же довезти Фелицию до Столицы, которую решил немного успокоившийся Канцер, проявив чудеса блистательной логики.

– Значит так, ребята, – твёрдо сказал воин. – Привяжите своими ремнями и походными верёвками меня за ноги к шести скакунам, чтобы я был между над вами как шатёр… А на руки мне подадите принцессу, уж я её не уроню… Её нужно немедленно доставлять к лекарям, не мешкая ни секунды!

Гвардейцы плохо представляли, как это будет выглядеть (с воображением у них всех оказалось туговато), но попробовать решились, другого выхода не нашли всё равно.

И, надо сказать, у них это хорошо вышло.

***

Викториан прижался спиной к стене и закрыл глаза, слушая капли и вдыхая сырость этого вонючего потайного хода.

Константин ещё не вернулся, хотя уже прошло несколько часов, но вампир не беспокоился об этом. Боль немного поутихла, он даже смог поймать нескольких крыс и пригубить их крови, хотя за неимением клыков ему пришлось добывать её вручную… Теперь же он просто наслаждался падающими каплями и ждал возвращения своего главного соратника на данный момент.

Да, как только он восстановится хотя бы немного (например, у него снова отрастут клыки), он придумает, как отомстить Керберосу.

Хотя, конечно, на данный момент у него не было совершенно никаких мыслей.

Послышался мягкий шорох, однако, заполнивший тишину коридора собой полностью. Да, возвращался Константин, мягко шелестя своими бархатными лапками. Но он был не один, на поясе у него висела большой кожаный баул с широким ремнём через торс, а в руках он держал какого-то синюшного подростка в крестьянской одежде. Одна ноги его подрагивала, словно находилась под электрическим напряжением.