Инокуляция

– Фу, Кшиштоф!

– Или тебе доставляет удовольствие нюхать какую-то кристаллическую дрянь, разрушающую твой мозг и раскрашивающую твои серые будни? Пожалуйста.

– Самая бесполезная трата денег.

– Так или иначе, – настоял Кшиштоф. – Так или иначе! Счастье тождественно деньгам.

– Откуда ты слова-то такие знаешь… «Тождественно».

– Учился. Если бы кто-то тоже учился, а не пинал балду, то он бы смог выполнять свою работу нормально. И люди бы не усаживались в тюрьмы.

– Я тебе уже объяснил…

– Так или иначе! Так или иначе: ты – адвокат.

У тебя работа такая. Хирург делает свою работу вне зависимости от того, нравится ли ему человек или нет. Так и адвокат должен. Не своди всё к личной симпатии. Будь профессионалом, а не вонючим плаксивым… В общем, будь профессионалом.

Они немного помолчали, вероятно, соображая, много ли народа на них пялится.

– Давай ты не будешь меня учить работать, ну, – предложил ему Никита. – Я пропущу мимо ушей это только из-за того, что мы большие друзья.

– Да я тоже к тебе тепло отношусь, просто часто ты такой наивный. Как ребёнок. Зачастую всё не так, как кажется. Как там было у Экзюпери?! «В реальности всё не так, как на самом деле». Ну, ты знаток французского. Разберёшься, как точно надо переводить.

Никита качнулся на своих ботинках взад-вперёд, размышляя, что же будет дальше. Очередь начинала потихоньку рассеиваться.

– Ты мне всё же ответь прямо, – начал снова Никита, борясь с раздражением.

 – Почему ты считаешь, что так себя можно вести.

– Но деньги же решают всё? – спросил тот в ответ.

– Решают, – Никита был вынужден согласиться. – Но ты мне скажи, должна же быть совесть у людей, а?

– Совесть никого ещё не прокормила, – сухо заметил Хшановский.

– Я тебя не узнаю, – удивился Слободин. – Это Ильницкий на тебя так подействовал, или ты всегда такой был?

– Какой-такой?!

– Кощунственный, – выговорил адвокат. – И алчный. Ты начал измерять всё деньгами давно?

– Всегда это делал… Но разве не за тем человек живёт, чтобы заработать?

– Нет, что за бред…

– Тогда почему ты держишь частную конторку, а не пойдёшь юристом в какую-нибудь государственную компанию, чтобы там помогать честным людям за три копейки?

Никита стал всё сильнее раздражаться.

– Послушай, дорогой мой друг… Я не говорю, что надо нищенствовать. Я говорю, что надо стараться честно зарабатывать, а не воровать. Не предавать.