Инокуляция

Часть вторая: Продром

День у возлюбленных выдался мрачный, и Ирина прикладывала все усилия, чтобы показать, как ей совершенно безразличен Никита. Он, кстати, находился в весьма положительном настроении, ибо теперь его вера в безуспешность вакцины была совершенно непоколебима. Он, правда, слышал, как она жаловалась кому-то по телефону, что у неё разболелась рука по плечо, но выспрашивать подробности не решился. Хоть и переживал за неё, само собой, и любил, но ему показалось, что она резко охладела.

«Не надрывайся, Никита, пусть всё идёт своим чередом, – сказал он себе, прикрыв глаза. – Лучше беспокойся о том, что от тебя сбегут все клиенты и тебе окажется нечем платить ипотеку».

Под вечер парень сам себе пожарил картошки с беконом, и постарался пораньше лечь спать. Он всё ещё не включал телевизор, и даже держался от того, чтобы выйти в Интернет. Человек железной воли!.. Он принял решение, что хочет быть вдалеке от новостей. Как говорится, если произойдёт что-то действительно хреновое, ты увидишь это из окна.

Утром же он поднялся полный сил. Даже настроение у него ещё сильнее улучшилось… Он сделал лёгкую зарядку, от которой был без ума ещё в школе, и поплёлся на кухню заваривать себе лапшу. Никита хоть и умел готовить, но большого удовольствия от этого не получал.

Он сходил в душ, причесался, принялся доставать пиджак – тёмный, бархатный. К нему он взял такие же тёмные брюки и светло-синюю рубаху. И такого же цвета галстук. По счастью, рубаха не валялась комком, а была аккуратно выглажена ещё в незапамятные времена и повешена на вешалку.

Он оделся, встал перед зеркалом.

– Ну, просто жених, – прокомментировал Никита и оглянулся на спальню, в которой спала Ирина. Он хотел заглянуть к ней перед отходом, но передумал. В конце концов, у него должна быть хоть какая-то гордость. Пускай сама идёт на мировую!

С этими мыслями он вышел из своего подъезда и даже хотел насвистывать какую-то мелодию, но она никак не наклёвывалась.

Звонок, раздавшийся внезапно, немного напугал Никиту, и ему даже пришлось остановиться посреди тротуара. Вокруг него по-прежнему спешили испуганные люди в масках, и весь этот реальный мир, кажущийся лучше, когда у тебя хорошее настроение, вновь начал опускаться ему на голову.

Звонил Кшиштоф. Почему-то отвечать на звонок не хотелось.

– Слушаю, – сказал Никита.