Последний бой героя

 – Это всего лишь погода беснуется…

Налетевший порыв ветра был настолько сильным, что свалил сразу обоих стражников, стоявших у крыльца. Тьма вскружилась меньше, чем за секунду, просто упала откуда-то сверху. Людмила вскрикнула от неожиданности.

– КАК Я РАД ВАС ВИДЕТЬ! – раздался басистый голос. – ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ!

И тут Руслан скорее почувствовал, чем увидел, что его возлюбленную тянет в сторону. Хватка её на мгновение стала сильнее, а потом руки просто соскользнули. Он увидел в навалившейся тьме огромные костлявые пальцы – призрачные, но вполне осязаемые.

Испуганный крик Людмилы резко стал глуше – будто муху накрыли банкой, – а потом и вовсе затих. Темнота внезапно растворилась, оставив только кряхтящих стражников у крыльца и растерявшегося Руслана, беспомощно озиравшегося по сторонам.

На крыльцо высыпали купцы и воеводы. Первыми выскочили, конечно, Рогдай и сам Владимир. Первый положил руку на свой топор и смотрел на Руслана совсем уж по-волчьи.

– Что тут делается?! – воскликнул князь.

– Не понимаю, – честно отозвался витязь. – Похищена безвестной силой!.. Отец, прямо при мне её схватили!

– Как ты мог?! – вскричал разгневанный князь, сжав кулаки. Но голос его задрожал. – Я доверил тебе своего ребёнка! О, горе мне! Стража, что тут было?!

– Не знаем, – честно ответил один из них и опустился на колено. – Прости нас, князь. Мы ничего не смогли сделать.

– Ааааа! – вскричал Владимир и досадливо ударил кулаком по ладони. Он принялся расхаживать туда-сюда, беспокойно стуча сапогами, в то время как его придворные стояли, опустив головы.

– Выручать твою дочь надо, – сказал Рогдай своим сипловатым, совершенно спокойным голосом. – Не может тут двух мнений быть… Скакать надо за ней.

– О, сжальтесь надо мной, – проскрежетал Владимир, и на его глазах выступили слёзы. – Кто отыщет мою дочь? Кто не оставит старика в беде?

– Я, – слабо сказал Руслан, который до сих пор не мог прийти в себя.

– Сиди уже, – сказал ему Рогдай. – Ты уже сделал, что мог. Я найду твою дочь, отец.

– Я тоже могу, – пьяно ответил Фарлаф. – В конце концов, я тут самый известный воин…

– Ты известен тем, что можешь пить без передышки трое суток, мой драгоценный брат, – с едва заметной усмешкой заметил Ратмир. – Я способен спасти Людмилу.

– Слушайте, дети мои! – сказал Владимир и воздел руки к ним, будто они были последней его надеждой.