Приказано ликвидировать, или Ода уничтожителю

– Другое же дело, – ответил Иратум, ничуть не смутившись. – Вот такими и должны быть мои бойцы…

– Готовимся к проверке документов, – прервал его водитель микроавтобуса, даже не оглядываясь. Однако тревоги в его голосе не слышалось, скорее наоборот, он как-то расслабился. – Приехали.

– Наконец-то, а то я чуть не обдудонился, – выпалил Лигнит и вспорхнул с места со стремительностью бабочки.

– Собираемся! – скомандовал Иратум, выпрямив свой стан, как генерал на параде.

Практикант немного растерялся, но порядком уже успокоился – Иратум не оторвал ему башку, значит, он не такой уж и псих.

Хотя, может быть, лишь это недостаточный повод для него.

После длительной поездки на жёстких сиденьях все чувствовали себя деревянными. Вернее, почти все – сам Иратум расцветал на глазах. Снова наливался первобытной силой и свирепостью, а мертвенная бледность начала проходить. Он вышел вперёд микроавтобуса, где уже находилось несколько местных анархистов. Спереди стояло двое бородатых – повыше и пониже, сзади – ещё трое, похожих как братья.

– Живой остался, не сделали тебя овощем, да, брат? – спросил тот, что был пониже, одетый в спецовку цвета хаки. У него была короткая рыжая борода и тёмно-зелёные глаза, а в руках он держал чёрный автомат с оранжевым прикладом. Сам этот селянин-анархист был коренастый, а на поясе у него болталась связка ключей.

– Как видишь, – ответил Иратум и протянул руку. Тот пожал её. Рукопожатие вышло крепким и искренним. – Благодарю.

– Не за что, – взгляд рыжебородого и коренастого соскользнул на практиканта.

 – Кто

этот трясущийся мальчик?

– Арес, мой верный помощник. Я обязан ему жизнью. И деньгами, – он улыбнулся и повернулся к практиканту. – Это Ратибор, местный военачальник.

– Я воевода, – поправил тот. – За этой границей людей из Мегаполиса нет. У нас своя коммуна. И чужаков мы не любим.

– Ну, не такой он уж и житель Мегаполиса. Теперь он наш, – торопливо заметил Иратум, оглядев вымазанного парнишку с головы до ног.

– А к какой религии он себя причисляет? Во что верует? – басовито спросил второй, что казался чуть выше и щуплее.

Разрез глаз у него был чуть узковат, а тёмная борода украшала лишь подбородок, как у козла. Если Ратибор смотрел на новоприбывшего с неподдельным интересом, то этот – с холодной подозрительностью. Он держал руки в замке, стоя недвижимо, как дерево. Носил этот мудрец чёрную рубаху с широкой талией и широкими рукавами, и белые льняные брюки.

– Да какая разница, – ответил Иратум.