Подари мне солнца лучик

Подари мне солнца лучик

Rimma Snou

В пылкие объятия студенческого брака врываются измены. Красавчик и успешный бизнесмен Михаил соглашается провести выходные с любовницей, а его верная Елена – с любовником. На это безобразие устал смотреть Вилли – честный и добрый домовой, главной заботой которого является сохранение домашнего очага и светлой ауры. На его волшебную долю выпадут не простые решения и даже шантаж руководства, но отважный малыш убережет домочадцев, напустив череду мистических случайностей и горячих сексуальных утех.

А любовь? А любовь как и всегда – излечит раны, добавит красок семейной жизни и, конечно же, счастья, несколько пар маленьких торопливых ножек, что гоняют по паркету солнечных зайчиков.

Rimma Snou

Подари мне солнца лучик

Пролог

По подоконнику нервно постукивали острые коготочки. Вилли то прохаживался от стенки до стенки, то усаживался и подергивал ножкой. Его мохнатая сущность была с утра изрядно растрепана, стоило только уловить мысли Михаила. Шелковые волоски встали дыбом, и он вынудил себя сдержаться, чтобы не огреть этого наглеца… сковородой! Конечно не дело, он ведь хранитель, а не уличный хулиган или ревнивая жена.

Той, правда, давно стоило обратить внимание…

Этот довольный паразит завалился в кухню, потирая намечающееся пузо и поправляя брэндовые боксеры ни свет, ни заря, и о чем выдумаете подумал? О том, что ему, поганцу, скучно! Сытый, облизанный в прямом смысле этого слова… и скучно! Добротная щетина, окладистая, темная шла ему, и ведь Ленка ему служила барбером, как проклятая! И кормила этого поганца тоже она! А ему скучно!

Бессовестная рожа потерла эту самую щетину с видом Рокфеллера, разглядывающего свое золотовалютное хранилище.

Даже не вспомнил о ней, еще спящей в теплой постельке. Он подумал о той, другой, что тешила его на работе. Завел роман, бесстыжий, и вспоминает о любовнице слишком часто. Ну, Вилли бы понял, что взыграло что-то там мужичье, зачесалось, так сказать, но чтобы вот так, прямо утром, глядя на бережно прикрытый марлечкой противень с пирожками, которые Ленка до ночи готовила!

Блямс! Вильям Превильям Сто семьдесят третий не сдержался и подтолкнул любимую чашку Михаила со столешницы.

Вот тебе, недотепа! Жаль, что покупала ее для тебя жена! Законная, между прочим.

– Ну, черт! – хрипло брехнул мужчина, поднимая с пола несколько крупных черепков и задумчиво почесывая затылок.

В его все еще совестливом сознании что-то колыхнулось в отношении своих мыслей.