Повенчаны багряной зарей

Нам понадобится пара недель на работу в этом направлении, – он даже не смотрит на меня, белея, – И, конечно, же некоторое время на раздумья. Предложение, безусловно, стоит того, чтобы его обдумать.

Придушил бы его за эти слова! Одно стопарит – юрист у меня один, кроме того, в добрых отношениях.

– Подумайте, – Зелаев поднимается из-за стола, вновь протягивая ладонь. – Жду Ваш ответ, господа.

– Наше почтение, Алихан Тагирович. – Алекс явно хочет уйти отсюда без боя и с целой головой.

Мы покидаем проклятую беседку, и я топаю, сжимая кулаки, обратно ко входным воротам.

Странный разговор, наглое предложение и никакой конкретики! Усаживаемся в машину, дожидаясь охрану.

– Ты выдохнул, Яр? – опасливо спрашивает Алекс, зная мой бычий норов.

– А как ты думаешь? – ебашу со всей дури по подголовнику переднего сиденья.

Там никого, но сиденье грустно всхлипнуло.

– Козел перезрелый! Хера ему на воротник, а не «Gvydon» – из меня сыплются ругательства вперемежку с отчаянием.

«Gvydon» – клуб восточных единоборств.

Я строил его своими руками, выращивал и лелеял как дитя, поднимал, регистрировал кучу бумаг! Все, кто не готов пустить мне пулю в спину, посещают его. Тренажерка, несколько борцовых залов, ринги, сауна внизу… Да, бля*, это моя память о юности, которую я выцарапывал у жизни кровавыми кулаками и хрустящими костями!

Это сейчас я владею еще парой направлений в бизнесе, зажрался и оброс щетиной, а тогда, едва появившись в северной столице несколько лет назад, клуб стал моим всем. Мне даже жить было негде! Ночевал на матах!

– Не кипятись, Яр.

Надо обдумать. – Алекс вздыхает. – Понимаю тебя.

– Давай перетрем, что будет если… Мне сейчас все серпом по яйцам! – бешусь внутри от сдавливающих меня обстоятельств, но думать действительно придется. – Вот жизнь, а? Сначала очко рвешь на флаги, чтобы вытянуть, выгрести, а потом своими же руками… предлагают отдать какому-то ушлепку! – морщусь, потирая подбородок.

Алексу остается только вздыхать и поглядывать в спасительное окно.

Когда я злюсь, то адреналин от меня аж отслаивался, угрожаю вмазать кому-нибудь подвернувшемуся по башке.

В тот вечер мы с юристом поддали. Больше поужинали, но, как водится, и выпили. Я отпустил охрану и рванул кататься по подмосковным улочкам, вороша в памяти прошлое. Не такое оно у меня и ужасное, но некоторые ценности пропустить сквозь пальцы я просто не могу. Не имею права! Казалось, отпусти, и все, рухну замертво, растеряв вкус к жизни и подавлюсь кислородом.