Послание небес, или Нереальный детектив

В дверь заглянула перепуганная физиономия секретарши. Услышав мой смех, женщина решила, что в кабинет кто-то зашел в тот момент, когда она, пригнувшись, прижимая телефонную трубку к губам, шепотом, но, как всегда, со смаком перемывала косточки своей свекрови, которая, как она любила говорить, осточертела ей до смерти вместе со своим «недоделанным сыночком». При одном воспоминании о них на щеках и шее молодой женщины выступали красные пятна. Обычно добрые глаза превращались в злые щелочки-бойницы, из которых в любую минуту могли вылететь острые, пропитанные ядом, стрелы.

А ее полные губы – в тоненькую ниточку.

– Господи! Куда это вы так вырядились? В этом парике вам за глаза можно дать лет так сорок – сорок пять! Вы стали похожи на тот сорт, извините, сами знаете кого, дамочек, которые все еще живут надеждой захомутать богатенького старикашку.

– Прекрасно! Это мне и надо! – на ходу бросила я.

– Елена Леонидовна! Возьмите мою Трясогузку! – так она называла своего старенького «Жигуленка».

 – Джип, ну никак вам не подходит, – ехидно улыбаясь, «пропела» она.

– И правда. Спасибо тебе, Нелли! Большое спасибо!

Принятое решение засветло попасть в квартиры Лизиных знакомых, которые в прошлый раз не захотели со мной разговаривать, показалось мне менее актуальным, чем побывать в многоэтажном доме, где жила Лиза. Там, по крайней мере, можно встретить общих знакомых или кое-что узнать у словоохотливых бабулек, сидящих на лавочках и перемывающих косточки всем соседям подряд… Изменив маршрут, поехала к дому Лизы.

Въехав во двор, я с трудом воткнула Неллину «Трясогузку» между двумя забрызганными по самые стекла машинами.

«Интересно, где они нашли такую грязь? В Москве дождей давненько не было. Похоже, что эти машины никогда не мыли. Причем специально, хотя рисковали по-черному. По городу на таких грязных „тачках“ далеко не уедешь.

Полицейский дорожный патруль нерадивых водителей, ой как любит!.. Запредельный штраф им обеспечен!» – злорадно подумала я, осторожно приоткрывая дверцу, так как даже мне, обладательнице идеальной фигуры и небольшого веса, пришлось сократиться вдвое.

В это время из Лизиного подъезда выскочили два мужика и опрометью бросились к своим машинам. Увидев меня, принялись орать прокуренными и пропитыми голосами.