Весна в душе

– Молчите, Капитан! Все вы, мужчины, твердите одно и то же: «Прекрасная госпожа, я Ваш раб навеки!» А на уме у вас одно – как бы только сломать меня, ведь я в мужских глазах – просто женщина, а не возможная наследница трона.

– Мне совершенно не интересно, какие бои ведутся вокруг престола, – гробовым голосом произнёс Токкинс, глядя на возлюбленную исподлобья, – и тем более вокруг английского. Вы хотите, чтобы я увёз принцессу Элиссу за пределы страны, и я сделаю это. Лишь потому, что Вы меня просите.

Я вижу в Вас только моего ангела, Звезду моих грёз, прекраснейшую женщину в мире, слово которой – закон для мужчины. И это – истинная правда, которой живёт моё сердце. Другой правды я знать не хочу.

Маркиза отрицательно замотала головой. Её упругие локоны выбились из причёски и отхлестали девушку по щекам.

– Молчите! – отступив на шаг и отвернувшись от Джима, с надрывом произнесла Анжелина. – Не боитесь льда – значит, наткнётесь на камень! Его растопить невозможно даже самыми горячими мольбами и признаниями.

– Это неправда, – продвигаясь ближе к предмету своей любви, ответил испанец. – Да и нет такого камня, которого не точил бы прибой.

– Молчите! – снова отступив на шаг, прошептала девушка.

– Вы прекрасны, а значит, не можете быть черствы, иначе Бог не вложил бы в Вас столько своей любви. Ваша душа жива.

– Молчите, Капитан!

– Вы знаете, что я прав, но не хотите прислушаться к своему сердцу.

– Молчите!

– Я жизнь готов отдать по одному Вашему приказу.

И это не пустые слова, миледи, я докажу делом, что исполнять Ваши желания – величайшее благо для кабальеро.

– Молчите! Молчите, молчите! Слышать не желаю! – отступая к двери, уже прокричала маркиза, закрыв уши ладонями.

За весь диалог мужчина и девушка настолько переместились по комнате, что уже стояли у порога. Ладонь красавицы поднялась и дёрнулась, словно начертила стену меж ними.

– Достаточно, Капитан, – проговорила маркиза, взяв себя в руки. – Я жду от Вас вестей.

И прощайте.

Первая леди мгновенно выпорхнула за дверь, по лестнице раздался частый стук каблуков.

Обычно бледное лицо Джима вспыхнуло. Он бессильно прильнул спиной к закрытой двери и поднял к небу задумчивый грустный взор. Перед глазами стояло лишь прекрасное и растерянное лицо любимой девушки, не ожидавшей такого приёма здесь.

В этот вечер Джон Райт поехал в Лондон с рыжеволосым Реном, выполняющим обязанности шпиона в третьем звене.