Все сначала

Мейсон Кеш – командир пятого звена Красных стражей, влюблённый в Мари Рид.

Эрик Вайт – самый «блондинистый блондин» отряда Красных стражей, джентри, помолвленный с троюродной сестрой Деборой Вайт.

Питер Гаабс – рыцарь, жених Мери Бенсон.

Тед и Туд Обермэйны – братья-близнецы, возлюбленные Джулии Роквелл и Вайолетт Райт, соответственно. Туд и Вайолетт помолвлены официально.

Джеймс Томпсон – конюх.

Холл Сейлор – американец, научивший весь отряд рыцарей курить.

Дядюшка Бен – повар.

Рипли Моис – «шпион» Красных стражей, человек, который первым заметил Ирену в замке Линкольн.

Другие:

Джон Кеннеди – осуждённый на ссылку атаман разбойников; титул – виконт Грендбер в своём праве; наименование в народе – Чёрный Джон. Полное имя – Джон Самуэль Кеннеди.

Джим Токкинс – правая рука Чёрного Джона, заменивший его в шайке; испанский эмигрант, живущий под английским именем, биография покрыта тайной; прозвище, данное Красными стражами, – Преподобный.

Блек – пират, капитан судна «Маркиза», титул – граф Джингл. Полное имя – Лоренс Роквелл.

Дебора Вайт – невеста Эрика Вайта, хозяйка кофейни «Шоколад» и тайный агент Констанции д’Альбре.

Диана Шеллер – невеста Робина Винтера.

Мери Бенсон – камеристка Ирены по прозвищу Синеглазка.

Эйда Вильямс – камеристка Ирены, жена Брюса Вильямса. В девичестве Браун.

Сара – камеристка Анжелины, мулатка.

Брюс Вильямс – конюх Малого двора, приставленный к лошадям Ирены.

День первый, 26 октября

– Ты так и будешь здесь сидеть? – горящие глаза младшего кузена буквально сверлили хмурое лицо английского изгнанника.

Виконт Грендбер молчал.

– Я лично видел твой приговор! Ты можешь вернуться!

– Джейк, это не твоего ума дело, – нехотя ответил бывший атаман разбойников и увёл взгляд в сторону от родственника. – Я не хочу рассуждать на эту тему.

Оба Кеннеди в ожидании, когда хозяйка принесёт закуску, сидели за маленьким деревянным столиком в комнате, которую снимал виконт.

– И это говоришь ты? Чёрный Джон, которым я всегда восхищался?! – угольки в тёмных глазах Джейкоба Кеннеди, младшего сына графа Оствейского загорелись ещё сильнее.

Это был уже не азарт – так в юноше проявлялась ярость.

– Всё в прошлом, – отрезал Грендбер.

– И долго ты будешь сидеть в этой проклятой «Низкой земле»? – имея в виду Голландию, возмутился незваный гость.