В поисках утраченного

Отец возлагает все надежды только на меня… Но эта девица… с чёрными, как ночь, глазами показалась мне дамой очень высокородной.

– Вы даже не представляете, милорд, насколько… – произнесла Ирена и обратила на мужчину взгляд. – Принц, если та, о которой я думаю, действительно та, кого Вы встретили, то не рассчитывайте на короткий роман. Только брак – законный и скреплённый печатями королей – сможет сделать Вас к ней ближе.

– Ох, как интересно! – загорелись глаза принца. – В таком случае, миледи, я буду страстно ждать того момента, когда смогу удостовериться, она ли это – моя богиня?!

За разговором принц и принцесса подошли уже к дороге, где их ожидал кортеж, и остановились.

– Чтобы узнать, Вам придётся уехать со мной в Англию. Вы готовы к такому путешествию? – спросила девушка, обратив взор на Гогенцоллерна.

– Я готов к любой дороге и любым невзгодам, если впереди меня ждёт долгожданная встреча!

– Что ж, значит, в понедельник мы с Вами отправимся в Кале вместе.

– В одной гостинице неподалёку от Собора Богоматери, – махнул рукой принц.

Ирена повела бровями и обратила взор на названного брата. Чувствуя призыв, Джером сорвался с места и за считанные секунды оказался рядом:

– Я здесь.

– Мы можем поселить принца вместе с рыцарями в нашем флигеле? – глядя в глаза юноши, спросила девушка. – Боюсь, что оставаться в Париже Его Высочеству небезопасно.

– Я не один, со мной ещё четверо, – вставил Фридрих.

Ирена и Джером, синхронно повернув головы, посмотрели на него, потом снова обратили взгляды друг на друга, поражая принца своим внутренним сходством при внешней разности.

– Я думаю, ты права, – тихо произнёс фаворит и чуть заметно кивнул.

– Мне так будет спокойнее, – прикрыла на миг ресницы принцесса.

Названные брат с сестрой снова обратили взоры на Фридриха. Теперь уже два пронзительных взгляда, направленные в его лицо, заставили принца содрогнуться.

– Принц, для всех будет лучше, если Вы под видом одного из моих рыцарей поселитесь в нашем флигеле. Так мы не вызовем никаких подозрений у французов.

– Хорошо, но я должен предупредить своих людей, – согласился немец.