В поисках утраченного

], после чего вспомнила, что Людовик де Бурбон, который в настоящее время носил титул графа де Суассона, не получив руки ни одной из дочерей Генриха IV, вряд ли остался с королевским домом в хороших отношениях[21 - Исторически принц крови Людовик де Бурбон-Суассон действительно не смог жениться на принцессах, своих троюродных сёстрах, из-за политики Ришельё.].

Первый принц крови, Генрих II де Бурбон-Конде[22 - Имеется в виду тот самый Конде, который приезжал в замок Констанции в 4-ой книге на счастье Говарда.] оказывал принцессе Уэльской всевозможные знаки внимания, горячо сожалея о том, что его малолетний сын[23 - Людовик II де Бурбон, будущий Великий Конде, лидер Фронды, родился в 1621 году.

] не сможет составить партию Её Наследному Высочеству… Ирена слушала речи принца крови вполуха, пока он не заговорил о д’Альбре.

– Мне очень жаль, что герцогиня, моя кузина, не смогла посетить этот праздник, – осматривая гостей, произнёс принц.

Тонкий бокал в его руке сиял янтарной жидкостью, буквально притягивая взор английской наследницы.

– Наверняка мадемуазель д’Альбре сейчас в Генуе, греется на зимнем солнышке в гостях у своего кузена.

При этих словах мужчины Ирена подняла взор на его лицо.

– Графа Генуэзского?

Конде перевёл взгляд на наследницу Туманного Альбиона:

– Да, он часто приглашает герцогиню к себе. И это очень не нравится Людовику.

– Конечно, ведь Генуя сегодня – это территория нашего королевства, – тихо ответила девушка, пытаясь понять, на что хочет намекнуть первый принц крови.

– Вы правы, принцесса, – улыбнулся Конде так сладко, словно делал английской наследнице нежнейшие комплименты. Со стороны никто и не подумал бы, что речи их касаются вовсе не милых светских тем.

– Вам всем не нравится политика королевы-матери и Ришельё, – догадалась девушка. – И д’Альбре, как бывшие короли Наварры, не исключение.

– Ваше Высочество, если бы Анри де Герриэт[24 - Имеется в виду отец Анжелины.] стал не маркизом де Линкольн, а королём Наварры, его постигла бы та же участь, что и большинство гугенотов когда-то в Варфоломеевскую ночь.

Увы, Ваша прабабка[25 - Имеется в виду Екатерина Медичи.] была непоколебима в своих решениях.

Принцесса Уэльская опустила ресницы.

– Королём Наварры он не стал, а молодым всё равно погиб… – произнесла Ирена и подняла взор на собеседника. – И прошу Вас, принц, не надо сравнивать меня с Екатериной Медичи.

– Вы на неё действительно очень похожи внешне, Ваше Высочество. Но Франция Вас приняла.