Ульяна: от судьбы уйдешь

Она успевала перехватить что-нибудь из закуски, которую они брали к водке, но, конечно же, для растущего организма этого было мало. На работе родители каким-то чудом продолжали держаться. В перерывах между пьянками мама приносила продукты. Женя знала, что это ненадолго, поэтому научилась делать запасы впрок.

Несмотря на ужасные условия, она неплохо училась. Уроки обычно оставалась выполнять в школе, так как дома это было невозможно. Она садилась на подоконник, раскрывала учебник и писала упражнения, решала задачи, читала параграфы.

В коммуналку старалась вернуться как можно позже.

– Как дела в школе, доченька? – задавали дежурный вопрос мутные отцовские глаза.

– Нормально.

– А-ну, покажи дневник! – периодически требовал он.

Девочка несла, затуманенный взор скользил по строчкам с четверками и пятерками.

– Молодец! – гладил отец Женю тяжелой и шершавой рукой по голове. – Моя порода!

Она терпела. Пьянство родителей достало, но в скандалах не видела смысла. Уже в столь юном возрасте понимала, что это ничего не изменит.

Внутри все бунтовало, но, как ни ужасно, она зависела от них, идти было некуда, жить не на что. Отца ненавидела. Мать вызывала двойственное отношение. Она презирала ее настоящую, но помнила прошлую, ту, которая еще не стала алкоголичкой, а так же, как она сейчас в одиночку, страдала. Она ее очень любила, всегда жалела и оберегала. Но сейчас от той любящей мамы почти не осталось и следа. Были дни, когда родители вели себя особенно шумно, тогда Женя спасалась у соседки, тети Клавы.

В девятом классе познакомилась с парнем по имени Влад. Они встречались около года, не сильно заморачиваясь серьезностью их отношений, просто, как говорили оба, это было в кайф. Он-то и привел Женю в секцию по карате. А потом вдруг исчез. Что с ним стало, она так и не узнала. Поначалу очень скучала, потом чувство притупилось. А занятия по борьбе оказались кстати, так как отец совсем спился и стал поднимать руку на домочадцев.

Матери доставалось реже, как единомышленнице, а дочь стала его все больше раздражать. Даже пьяный он чувствовал ее молчаливый протест и ненависть и не нашел ничего лучше физического наказания за непослушание.

Такое Женя уже стерпеть не смогла и давала сдачу, но это его бесило еще больше – ходила с синяками. А когда записалась на карате, с жадностью стала осваивать приемы и вскоре смогла дать достойный отпор. Звучит дико, но она била собственного отца.