Ульяна: от судьбы уйдешь

Поначалу защищалась, но однажды ей настолько надоело видеть пьяные рожи, что она, не дожидаясь нападения, нанесла удар первой. Отец даже отключился на какое-то время. Пришла пора ему ходить с синяками. Маму девушка не трогала, но видеть ее в таком невменяемом состоянии было очень больно. После этого случая отец поутих, больше не зарывался, и Женя тоже решила, что переборщила.

Мастер по карате, Виталий Игоревич, видел в девушке искреннюю жажду, желание научиться борьбе. Благодаря опыту он сразу безошибочно определял, кто пришел скоротать время, а кто действительно хочет освоить суть карате и технику ударов.

Женя занималась, не жалея сил и не щадя себя. Она полностью отдавалась процессу и готова была учиться хоть все двадцать четыре часа в сутки. Деньги на оплату брала по-тихому у родителей, так как знала, что все равно пропьют.

Виталий Игоревич говорил, что здесь нет разницы между мужчиной и женщиной, и ко всем предъявлял одинаковые требования. Соперниками могли выступать парень и девушка, и это воспринималось как норма.

И далеко не каждый раз победу одерживал мужчина. Это еще раз подтверждало в глазах остальных правильность его метода работы.

Этот же подход действовал во всем. Женя никогда не забудет, как после первого занятия мастер напомнил, что нет никакой половой дифференциации, поэтому здесь отсутствует отдельный душ для мужчин и женщин, и в подтверждение своих слов первый снял одежду прямо в общей раздевалке и пошел в душевую. Кроме Жени, присутствовали еще две девушки.

Обе мигом собрали свои вещи и смылись. Больше на занятиях их никто не видел. Отвага же решила просто так не сдаваться.

Парням легче принять это правило, их много, а она осталась одна, но, пересилив неловкость, разделась. Что бы мастер ни говорил, а моментально перестроиться сложно – парни глазели на нее. Она это чувствовала всей кожей, но внешне не подавала виду. Влад рядом, это успокаивало. Он тоже наблюдал за ней, но не так. Ему было интересно, поступит ли она так же, как те девчонки, или останется.

На его обнаженную девчонку смотрела не одна пара мужских глаз, а он испытывал что-то вроде гордости от того, что не сдрейфила.

Со временем все привыкли, только новенькие продолжали сверлить ее глазами, потом либо приживались и переставали пялиться, либо уходили. Те, кто не был настроен серьезно, всегда сматывались, оставшиеся с головой дружили, поэтому посягательств на свое тело со стороны парней из секции она не очень боялась.