Вероника: проект «Горгона»

Можно сказать, что с помощью этого кода Вероника создала альтернативную реальность, в которой мы и пребывали! Похоже, нам удалось услышать это только благодаря искажению звука при записи.

– Вам не показалось, что в тот момент, когда мы ощутили ветер, шумы на записи усилились?

– Нет. Впрочем, возможно, при дальнейшем исследовании мы сможем узнать это наверняка. А она, – профессор указывает на Веронику, – сейчас такая же, как до гипноза?

– Вроде бы. Вера, как вы себя чувствуете?

– У меня ужасно болит голова, – жалуется она.

– Может воды? Хотя, здесь должно быть лекарство, сейчас я распоряжусь, чтобы его принесли.

– Вы меня еще недавно хотели убить, а теперь беспокоитесь из-за того, что у меня болит голова?

– Я все еще могу это сделать, например, чтобы избавить тебя от страданий, – тихонько шепчет он ей. Мужчина все еще злится на Веронику за то, в чем, как он и сам понимает, она не виновата: за то, что сеанс прошел не по плану; за то, что ее слова он принимал за ложь; за напоминание ему о секундной слабости, которая, возможно, толкала его к верному действию.

– А можно кофе, но самый крепкий, какой только может быть? – на сей раз без повелительных ноток в голосе просит девушка.

– Интересно, – произносит профессор, пока министр вызывает солдата, чтобы заказать для Вероники кофе, – у вас сразу после сеанса возникло недомогание?

– Да, – признается она. – Сначала было ничего, а потом хуже и хуже.

Келер подходит к девушке и просит ее руку.

– Сорок три удара в минуту! Неудивительно, что вам хочется кофе!

– Может быть, ей нужен врач?

– Нет, коллега, если я прав, врач ей не потребуется. Я подозреваю, что Вероника обладает некими особенными способностями, которые она использовала во время сеанса, кроме того бормотания. Похоже, что все силы ее организма были брошены на обеспечение работы этих способностей. Именно это и привело к временной брадикардии и, как следствие, к снижению артериального давления, из-за чего у нее и разболелась голова.

– Прекрасно, профессор, – усмехается девушка, – только если вы не правы, я умру от взрыва сосудов в моей голове или от остановки сердца. Ведь вы не знаете наверняка, что вызвало эту пусть даже временную брадикардию.

– Не знал, что ты разбираешься в медицине, – обращается к ней министр.