Будь моей жизнью

Две изогнутые лестницы справа и слева вели на второй этаж, к широкой арке коридора, уводящего в основное крыло. По балкону, опоясывающему холл на уровне второго этажа, можно было попасть в боковые крыла дома. Закрытая дверь между лестницами поражала своими размерами и вела, скорее всего, в бальный зал.

Из арки коридора на втором этаже появилась миниатюрная брюнетка. Увидев вошедших, она искренне улыбнулась и сбежала по лестнице, чтобы привычно впорхнуть в объятия Леденхема. Их поцелуй не был дежурным поцелуем супругов, долгое время живущих вместе, в нём всё так же горела страсть первого дня обладания.

Хелема поняла, что эту пару связывает больше, чем любовь. Магический фон вокруг них искрил счастьем. Её посетило глубочайшее раскаяние. Как она могла покуситься на чужого! Чужого ниаше. Девушка заметила каштановую прядку в вороных волосах хозяйки дома. Остро захотелось провалиться сквозь пол, или тихо исчезнуть за входными дверями.

– Рассел, мы не очень вежливо ведём себя по отношению к нашей гостье, – развернувшись к Хелеме, но по-прежнему тесно прижимаясь к мужу, проговорила женщина, – ты забыл нас представить.

По взгляду, которым Леденхем прожигал жену, было понятно, что он забыл вообще про всё.

– Милые дамы, прошу прощения, – проговорил он, обнимая жену. – Эола, позволь представить тебе мою воспитанницу, дочь моего кровника Родена Дархема Милену Дархем.

Имя Дархем, впервые произнесённое с именем Милены, остро резануло по зарубцевавшимся воспоминаниям.

Как часто в той, прежней жизни, в своих девичьих мечтах, она про себя повторяла: "Милена Дархем". И вот это произнесено вслух. Она Милена Дархем. Без Терена.

– Милена, позволь тебе представить мою жену Эолу Леденхем, – женщина приветливо улыбнулась. – Эола, Милена является ученицей магической школы, и на время обучения её имя Хелема.

– Что же мы стоим, Рас? Хелеме нужно отдохнуть и освежиться, – проговорила хозяйка. – Хелема, я провожу тебя в твою комнату.

– Родная, не задерживайся, я жду.

Ноги отказывались идти. Хелема сгорала от стыда, она страшилась остаться наедине с женщиной, с ниаше которой она так себя повела. Она должна всё рассказать и удалиться из этого дома, столь гостеприимно распахнувшего свои двери для такой испорченной девицы.

– Лерида Эола, – начала она сразу, как только они зашли в гостиную выделенных Хелеме покоев, – я не могу воспользоваться вашим столь щедрым гостеприимством. Я очень виновата перед вами.