Безродная, или Свет ее тьмы

И в Долине мёртвых предков – только трое. А остальные? Могли ли от них избавиться? Многие смерти были очень подозрительными. И князь Домитр вовсе не стыдился Бранки. Он её пытался скрыть! Скрыть от неведомого убийцы. Скрыть для того, чтобы сохранить жизнь. Тогда понятны и подарки. Духи не дарят вещей. Могут лишь указать дорогу до них. Материальное дарят люди. Браслет с жемчугом был подарком князя! И на кинжале, слишком дорогом для подарка от простого наставника, Бранка при тщательном осмотре обнаружила княжеский герб.

Всё не могла понять, откуда тьёр добыл эту вещицу. А тот молчал. Говорил, что подарок. Подарок, да не его.

Значит, князь хотел скрыть их кровную связь не потому, что стыдился тёмную родственницу. Бастарда? Почему и нет. Возможно, даже внучку. Хотел защитить таким образом. А Миррейг это прознал. Прознал и хотел воспользоваться, надеясь, что Кристалл Предка будет благосклоннее, если его коснутся два наследника сразу.

Какое же напряжённое молчание застыло в комнате. Вер ждёт ответа. Соврать? Он не заслужил этого.

– Я… я не могу этого сказать. Понимаешь, я поклялась!

– Чем больше я тебя знаю, тем больше проявляется скрытых в тебе тайн, – задумчиво прошептал Вер. – Кто ты, Бранка?

– Этого я не знаю. Но узнаю обязательно. Клянусь!

– И опять я тебе верю. И, Бранка, моё предложение не только остаётся в силе, но становится особенно актуальным. Род Орвейг способен защитить тебя!

Ну да, от верховного-то князя! А Миррейг совсем скоро станет верховным.

Зачем накликать немилость на Веринда и его родичей. Но попробуй только такое ему сказать. Обидится. Мальчишка, он и есть мальчишка, пусть и на два года старше. Здесь нужно действовать с выдумкой.

– Вер. А благословение? Кто даст мне благословение? Кто поведёт меня к Брачному Камню? Князя Домитра – моего официального опекуна – нет. Князь Миррейг? Сам-то веришь в это?

Вер с досадой пнул ни в чём не повинную дверь.

– Эх, это да, ты же до сих пор находишься под покровительством Короны. Миррейг не даст благословения. И ждать два года до твоего совершеннолетия не даст. Остаётся… – он мотнул головой и почему-то зарделся. – Бранка, ты мне веришь?

– Кому же ещё верить, как не тебе. Тебе и наставнику Тангру!

– Наставнику мы признаемся потом, – румянец так и не сходил с юношеских щёк.