Нестабильная

К удивлению всех собравшихся на плацу, сержант не стал тут же наказывать зарвавшегося подчинённого, а набросился именно на них.

– Чего развесили уши?! Спарринги никто не отменял! Вентер – в пару к Кэрну! Роува – ко мне!

Сарт подошёл к стойке с оружием, выбрал меч и направился к ожидающему его Кэрну. Вскоре звон их клинков присоединился к общей какофонии лязгающего оружия.

– Раздевайся! – приказал сержант, как только Энери подошёл к нему.

– Что?

Неужели сержант что-то заподозрил и считает, что Энери может быть девушкой? Ещё никто посторонний ни разу не видел его обнажённым.

Да что там посторонний, Энери сам никогда не смотрел на себя в зеркало, будучи полностью раздетым. Он даже в туалет ходил по-прежнему, по-девичьи. До того было противно вновь смотреть, и уж тем более дотрагиваться до того, что увидел, когда… впрочем, не стоит вспоминать.

– Я сказал, раздевайся! – рявкнул Гритц.

– Зачем? – удалось выдавить через возникший в горле ком.

– Будем смотреть, как развито твое тело.

 – неужели во взгляде этого монстра промелькнула жалость? Затем градом посыпались вопросы: – Каким оружием владеешь? Меч? Секира? Шпага? Хотя бы кинжал? – с каждым отрицательным жестом Энери голос сержанта становился всё безнадёжнее. – Вентер, ко мне! – зычно закричал он на весь плац. – А ты пока снимай куртку и рубаху, – мучитель не забыл, что ещё не до конца опозорил парня.

Сарт, отвлёкшись на окрик командира и, к собственной досаде, пропустив из-за этого бесхитростный прямой удар соперника, прервал поединок и направился к сержанту.

Когда он подошёл, Энери расстегнул едва ли половину пуговиц на куртке.

– Роува, если ты не оголишься сей же момент, я сам срежу с тебя всю одежду, – Гритц был неумолим.

Это не страшно, не страшно. Ким и Тебас всегда раздевались по пояс, когда мылись с дороги. Да и сейчас многие парни одеты только в бриджи, а девушки – в безрукавные тонкие туники, почти не оставляющие места мужскому воображению. Энери обречённо бросил куртку и рубаху на безразличные к его переживаниям камни плаца.

Казалось, у него горит не только лицо, горит шея, грудь и вообще всё тело. Только бы не воспламениться в буквальном смысле!

– Что скажешь? – деловито поинтересовался сержант у подошедшего Сарта, при этом скептически осматривая тело Энери.

– Что скажу? Скажу, есть над чем работать, – сосед по комнате даже обошёл вокруг парня, внимательно разглядывая его хилую комплекцию.