Четвёртое крыло для бабочки

Запястья пульсировали и отзывались болью на каждое движение, а некогда серые перчатки сменили свой цвет на бурый.

Она постояла немного, переводя дух и собираясь с мыслями, а затем робко окликнула стаю:

– Что же мне делать? Как защититься?

– Вам следует обр-р-ратиться к лесу. Вспомните, где вам спокойнее всего, мадемуазель, и идите туда, – раздалось приглушённое ворчание за контейнерами. А следом Майя услышала жуткий и ни с чем не сравнимый звук: треск сломанной кости. Несомненно, человеческой.

Машинально подобрав бутылку вина, Майя с равнодушием отметила, что та не разбилась, и снова сунула её в карман. Словно сомнамбула, еле переставляя непослушные ступни, девушка поплелась к дороге.

Смартфон разбился при столкновении с кордтерром. Майя, пережившая за один вечер немало потрясений, была настолько морально истощена, что без сомнений подняла руку вверх, голосуя. Ей уже было всё равно, кто остановится. Просто хотелось домой. Смыть с себя кровь, грязь и ощущение надвигающейся беды.

Майя догадывалась, что, если псы правы, и некие кордтерры – ненавистники всего живого – решили поймать её, то на одном человеке это не закончится. Они будут преследовать до тех пор, пока не загонят в угол, как маленькую мышку. А это означало, что нужно научиться защищаться не только с помощью бутылок. Одну из которых Майя, выудив из маленького кармашка сумки штопор, открыла прямо в такси. Там же и выпила.

Глава 3. Первые шаги по лесу

…Наутро Майя проклинала винодельни, людей, животных и весь окружающий мир, чем очень сильно напомнила себе кордтерров, и на секунду даже пожалела их.

Перерыв полкомнаты, она нашла старый мобильный в ящике стола и переставила в него сим-карту, решив отдать разбитый смартфон в ремонтную мастерскую возле вокзала.

Майя позавтракала кашей, которая упорно лезла обратно. Волной накатывала тошнота, от которой не спасали ни «Энтеросгель», ни крепкий чай с лимоном. Искренне хотелось верить, что последствия похмелья, – если это были они, – скоро закончатся.

Изучив расписание электричек, Майя, как могла, откладывала неизбежность. Даже посуду помыла сразу, а не оставила в раковине до вечера, и тщательно протёрла полки от пыли. Её пришлось заставить себя отставить пылесос, иначе домашние дела заняли бы до позднего вечера. Но едкий шепоток в голове повторял мантру: «Потом, ещё успеешь. Побудь дома». И она покорно прислушивалась к нему.