Искупление

Киртаева с треском захлопнула за собой дверь, а пожилой следователь рассмеялся. В маленькой кабинке туалета, где запах хлорки едва не задушил Киртаеву, девушка яростно мыла лицо, смывая косметику, ругаясь про себя. Что о себе возомнил этот дед, что он так запросто может наводить здесь дедовщину? Не зря Душков говорил, что он не в себе, любит покомандовать и показать характер, – всё так и есть.

Но ничего, сейчас он передаст мне дела, – с ожесточением думала Ксения, стягивая каштановые волосы в конский хвост, – и тогда посмотрим.

Она ему покажет, что она тоже кое- что знает, а то он обращается с ней, как с маленьким ребёнком. Самое главное, она ему не покажет, что он её обидел, ни за что.

Вернувшись в прокуренный кабинет, полная сил и решимости, Ксения застала Лесникова с неизменной сигаретой.

– Что у нас идёт по плану? – деловито осведомилась она.

– Предлагаю пойти в кафе и закусить, а то время обеденное, заодно и расскажешь о себе.

Кафе, в которое каждый день ходил Лесников, располагалось через дорогу от участка.

Вступив на порог, девушка про себя поморщилось: маленькое ошарпанное заведение с несколькими столиками. Пол был облицован старой плиткой, шершавой и потрескавшейся, а на стенах висели плакаты советского времени, призывающие мыть руки перед едой, не болтать и прочее в том же духе. За буфетом, уставившись в маленький, прикрученный наверху телевизор, стояла высокая пожилая дама в белом халате и в белом колпаке, словно только что сошедшая с одного из плакатов.

– Здравствуй, Любовь Михайловна, – весело поздоровался Лесников, и лицо буфетчицы расплылось в улыбке.

 – Что-то у тебя сегодня негусто народа.

– Неподалёку пиццерию открыли, недели две походят туда, пока не отравятся чем-нибудь, и снова вернуться, – добродушно ответила Любовь Михайловна и с любопытством посмотрела на замешкавшуюся Киртаеву. – У тебя новый стажёр?

– Ксюша, – просто ответил Лесников и сел за небольшой стол, – садись рядом. Предлагаю взять порцию борща, картошки, салатика с мясом и чашку фирменного кофе, – он посмотрел на девушку.

 – Берём?

– Я… я вегетарианка, – ответила Ксения в растерянности, ей не хотелось сидеть за этим столом и есть пищу в условиях антисанитарии. – Кофе, пожалуй, выпью, а как вы его делаете? Он фирменный, да? – и посмотрела на усмехающуюся Любовь Михайловну.

– Очень просто, – ответила буфетчица, – кладу пару ложек Нескафе растворимого, заливаю кипятком, добавляю сахар.

Киртаева сникла и уставилась в окно.