Автор ее беременности

– Ты идиот! – кричу я на него. – А если я забеременею?!

– От одного раза ничего не будет! – самоуверенно отвечает Орлов-младший.

– Даже одного раза достаточно, кретин! Тебе сколько лет? Пятнадцать?! – шиплю сквозь зубы.

– Ничего, выпьешь таблетку, и всё будет в порядке! И мне уже двадцать пять! – отмахивается от проблемы золотой мальчик.

Это он мне постинор предлагает выпить. Постинор!!! Когда я два года не могу забеременеть, и вчера мне гормонами спровоцировали овуляцию?!

– Ну ты и мразь! – сокрушенно мотаю головой, глазами ища свой клатч.

– Детка, полегче. Следи за выражениями! – глаза его вспыхивают недобрым отблеском. – Не забывай, где ты работаешь, и кто здесь главный!

– Да пошел ты! Я завтра же дойду до генерального и…

– И что ты ему скажешь? А? Солнышко? Что переспала сначала с Русланом Котовым, а потом и ко мне в койку прыгнула?

– Вы меня изнасиловали! Оба!

– Нет! Насилуют, это когда с ножом у горла, веревкой на запястьях, с избиениями, а так, я просто слегка довел тебя до нужной кондиции.

Твой начальник с удовольствием подтвердит, что ты бегала за мной, строила глазки, и даже на корпоратив пробралась.

Вот значит, о какой услуге просил меня Илья Климович. Ну, козел! О, Боже!

– А еще, детка, я сделал пару фотографий. Ты на них уж очень славная вышла. Голенькая, ладная вся, желанная. Буду вспоминать, ностальгировать о нашей ночи. Это так, чтобы ты понимала, как мне будет тяжело выставлять их в сеть на всеобщее обозрение, если увольняться надумаешь и меня шантажировать.

– Ну и мразь же ты Игорь! – повторяю, потому что от шока у меня просто нет других эпитетов к этому недочеловеку.

– Зря, Сашенька! Я, между прочим, к тебе получше чем к другим отнесся. Домой только избранных таскаю. И завтрак далеко не всем в постель приношу. Только тем, с кем буду продолжать отношения.

– Пошел ты со своими отношениями!

Подхватываю его брюки, клатч находится под ними – двойная удача, после двойного фиаско. Игорь швыряет поднос на прикроватный столик, так, что пенка от кофе выплескивается из чашки, а сердечко, заботливо нарисованное им, расплывается в бесформенное пятно.

Капучино мне сделал, с рисунком! Урод! Циник! Хотя это вряд ли. Заказал небось из ближайшего кафе.

Он подскакивает ко мне и рывком выдирает брюки из рук.

– Сейчас отдам, детка! – нагло ухмыляясь, он достает из кармана портмоне, роется там пару секунд, и вытащив несколько стодолларовых купюр протягивает их мне обратно вместе с брюками.