Малыш для генерального

 –Ребенок от секретаршимне не нужен!

– Но мне нужен! – тихо возражаю в ответ, прикрыв свой еще плоский животик руками, закрыв его от опасной близости собственного отца!

– Беременные секретарши мне тоже не нужны! – глаза гендира наливаются красным. – Ищите себе новое место!

Вот гад, а? Работу мне терять сейчас вообще нельзя.

– А я и не ваша секретарша! – вздергиваю носик, изображая гордость. – Своей это говорите!

– Я здесь главный! – ревет взбешенный мужчина. – Одно мое слово, и вы вылетите отсюда на реактивной тяге!

– Беременных нельзя увольнять! – я разворачиваюсь на каблучках, и все еще сжимая животик выбегаю, стуча туфельками.

Закрываю за собой дверь и туда же прилетает тяжелый предмет. Дыроколом кинул, псих. Или степлером… Или вообще, яблочным огрызком пожертвовал. Хорошо, хоть дверь успела закрыться и я отделалась легким испугом. Впрочем, вздрогнула даже Ганна.

– Ты чем его так разозлила? – ревностно рычит на меня секретарша.

А я, нащупав драгоценный тест в кармане, даю деру из этой недружелюбной приемной.

Вот попала, а?!

Глава 3

Отпрашиваюсь с работы пораньше. Благо, мой бледный пришибленный вид жалобит Даниила Валерьевича.

Прихожу домой еще за светло, что вообще является нонсенсом. По всей квартире летят охи-вздохи. Бывший муж привел очередную девку и теперь отрывается с ней. Хорошо, что хоть в своей комнате. За закрытой дверью. За месяц до развода, он развлекался прямо на нашем супружеском ложе.

Поэтому мы и развелись. Но, развестись, нам бездетным много ума не понадобилось, да и времени.

А вот разъехаться из ипотечной квартиры оказалось намного труднее… Тут уж я затупила по полной программе. Во-первых большую часть первого взноса я заплатила из собственных денег, да и потом, ежемесячные платежи тоже в основном погашались мной. Потому что Федор, мой бывший муж работает таксистом. И деньги, в основном, уходят на его машину. Ремонт, бензин, техобслуживание и так далее, без конца и края. Мне же в компании Астафьева всегда платили хорошо. Вот я и зарабатывала, пока муж развлекался в нашей же кровати.

Когда я застукала его на месте преступления, Федор клялся и божился, что бес попутал, что в первый и последний раз он привел сюда женщину, что такого больше никогда не повторится, но… я проплакала всю ночь, а на утро поняла, что не смогу его простить. Как отрезало. Больше не могу смотреть на него как на мужчину.

Федор – мужчина неконфликтный, хотя ему ничего не стоит заставить меня понервничать.