Копия

Он был уверен, что удивит его дочь Ларуса  позже: своими словами, поступками, голосом, в конце концов. Но стоило только ветру выбить золотистую прядь волос из капюшона одной из приехавших девушек, как необъяснимое волнение поглотило его целиком.

Как завороженный смотрел Адам на невысокую хрупкую девчонку в бесформенной толстовке и джинсах и упорно не верил своим глазам: там, внизу, в каких-то метрах тридцати от него стояла Алия. Его невеста. Его любовь. Его мечта.

– Алия, – глухо прошептал Адам, забывая обо всем.

– Алия, – сказал он чуть громче, мотая головой, чтобы сбить морок бессонной ночи. С неистовой силой продолжал он вглядываться в знакомые черты в попытках отыскать отличия.

– Алия! – грозно прорычал он, так и не найдя таковых.

Казалось, дочь Ларуса услышала его звериный рык и отважилась взглянуть на мужчину.

И вот тут Адам понял, что девчонка на улице – лишь копия Алии! Ее взгляд был совершенно другим: дерзким, уверенным, свободным. Она заметила его, стоявшего у окна, и отвернулась.

Но не от смущения или неловкости, как это делала его невеста, случайно, ненароком соприкоснувшись с ним взглядом, а от пренебрежения и абсолютного безразличия.

– Таба!– процедил Адам сквозь плотно сжатые зубы.

В голове совершенно не укладывалось, как такое могло произойти. Кто эта девушка и почему она, как две капли воды, была похожа на дочь Саида?

Дрожь, сковавшая тело, не давала ему пошевелиться. Как обезумевший, он продолжал прожигать девчонку взглядом, совершенно позабыв о нормах морали.

Сейчас, в это самое мгновение ему хотелось только одного: узнать правду! А еще – подойти ближе, чтобы, возможно, при детальном рассмотрении найти-таки весомые отличия и  убедиться в очередной своей ошибке.

Вот только Энн не спешила идти в дом. Задорно смеясь, она обнимала младшего брата и с любовью смотрела на среднего. Ее лицо светилось радостью, а каждое движение было наполнено искренней нежностью.

 Они громко что-то обсуждали  и все дружно хохотали на весь двор, а Адам впервые пожалел, что не знал исландского…

Когда вся семья двинулась в сторону дома, эмир поспешил вниз. Даже секундное промедление представлялось ему сейчас непозволительной роскошью.

Старался держаться уверенно: семья Хаканссона явно ничего не подозревала, а Адам прежде сам хотел во всем разобраться.

Возле входной двери вновь послышались обрывки непонятных фраз .