Дыхание сказочного леса

– Всё же жалко её…

– Все, кому жалко было, пропали на веки вечные в этом болоте. Кого болотница забрала, тот уже света не увидит.

Даша поёжилась.

– Зато ягод набрали, – она постаралась улыбнуться. – А ты придёшь к нам на блины? Бабуля варенье сварит. Морошковое.

– С удовольствием.

Даша обернулась и посмотрела в маленькое окошко на удалявшиеся берёзки и сосны. Махнула рукой на прощание.

«До свидания, лес».

Значит, и правда, он живой. И относиться к нему нужно с почтением.

Если матушка позволит

В деревне одной, Озерках, вторую неделю поливали дожди.

Земля уже давно насытилась, а небо всё одно – синее-синее, в тяжёлых тучах. Люди по домам сидели – как работать в такую слякоть? Река того и гляди из берегов бы вышла, а озеро в море превратилось. Никто и понять не мог, в чём дело – ведь в соседней Грушовке не было дождей, да и в Прокшине, что севернее, тоже не заливало, а тут – потоп.

– То Водяной шалит, как пить дать! – шептались старухи. – Но кто ж ему дорожку перешёл?

Тихон же, местный пастух, ходил сам не свой: сгорбился, осунулся, побледнел.

Как будто грызло его что-то, покоя не давало.

– Ты пошто, сынок, понурый? Из-за непогоди опечалился? – спросила его матушка. – Али коровы твои взбеленились?

– Да что мне коровы! – Махнул рукой Тихон. – На пастбище уйма травы…

– А что же тогда? – Марфа громко брякнула чугуном.

– Ох, матушка, из-за меня это всё.

– Шо это ты, Тишка? Совсем очумел? – не поняла его Марфа. – Божеством себя возомнил? С каких пор по твоему велению дожди идут?

Тихон голову опустил, пальцами вцепился в волосы.

– Обидел я Настасью, крепко обидел.

– Наську? Полно тебе! Хоть и не мозолит глаза. – Мать сложила руки на груди. – Ушла и ушла, что с неё взять – с вертихвостки.

– Не так просто она от нас ушла, да и с сердцем тяжёлым, – вздохнул Тихон. – Зачем сказал, что некрасивая она? И что любить её не буду. Ведь люба она мне на деле-то!

– Это ты брось! – нахмурилась Марфа. – Эка невидаль, как будто девок в деревне других нет? Да и на правду разве обижаются? Не пара она тебе и точка.

Верно сделал, что отвадил.

– Ох, мамка… – Тихон утёр нос. – Почто я тебя послушал? Будто мальчишка маленький, неразумный.

Он вышел из избы, только дверь протяжно скрипнула. Марфа покачала головой да снова за дела принялась – мало разве их у неё? Думать ещё о какой-то Настасье – ни рожи ни кожи. Глаза огромные, нос с горбинкой, волосы жёсткие кудрявые.