Договор на двойню

Тон давно выжгло на летнем солнце, но какая-то непроницаемость осталась. Так вот, там за окном, напрягая зрение в вечерних сумерках на максимум я вижу… как из двери оставленного позади ударенного мной джипа выходит…

Я не могу ошибаться! Этого страшного человека я не забуду никогда в своей жизни. Огромный, накаченный, лысый… Кожа бугриться шрамами от угрей, испещренная застарелыми пигментными пятнами… и повадки все его бандитские. Я что, получается, врезалась в джип Сявого?!

«Нужно уезжать» – бухает в висках, и чем быстрей, тем лучше.

Если он узнает меня, мне – крышка. Никто не спасет. Единственный человек, который мог бы ему помешать – Роман Бессонов. Он где-то в заснеженных Альпах Швейцарии, развлекается с очередной «немой» игрушкой, в общем, ему не до меня сейчас. Да он и думать уже забыл про меня, ведь за все это время так ни разу не объявился… не дал о себе ничего знать.

Если сейчас Сявый увидит меня, узнает во мне ту несговорчивую эскортницу, что не смог оприходовать в доме у Романа, то… каковы ставки, что он со мной сделает? А с моими детьми? С мужем?

Сейчас развешивать сопли мне никак нельзя.

Решительно улыбаюсь детям, разворачиваюсь обратно за руль. Пристегиваюсь.

– Ты что задумала?! – напрягается муж.

– Семью спасаю в отличие от тебя! – бросаю ему сквозь зубы.

Решительно завожу мотор, и с пробуксовкой вылетаю на проезжую часть.

– Дура! Ты с места аварии скрываешься? – вопит испуганно муженек.

– Ты сказал, что это не твои проблемы! – кричу на мужа. – Вот и не мешай мне решать их!

Глава 2

РОМАН БЕССОНОВ

Возвращение на Родину.

Что может быть лучше? Насиделся уже в этих Альпах, накатался на лыжах по самое «не хочу». Все обвинения с меня сняты. Настоящие дела вершатся именно тут, а не за бугром.

Активы, капиталы, компании, все это требует моего внимания, моего непосредственного участия. Севка Гордеев тут уже тусит давно, а я вот только решился.

Гордеев – мой управляющий – правая рука и лучший друг. Между нами правда пару лет назад кошка пробежала.

Самая настоящая. Но потом, когда я отправил ее восвояси, дружба восстановилась. Я отправил его вперед себя, но вот теперь и сам тут.

В ночном клубе жарко, накурено и шумно. Музыка бьет по мозгам, бесстыжие гоу-гоу-танцовщицы заводят разгоряченную публику.

«А ведь она сейчас тоже где-то здесь» – вдруг проносится в голове.

Чего я про нее все время вспоминаю? Как я ее называл? «Солнцем»? Да я так каждую вторую обзывал, чтобы не запутаться.