Под обломками

Раньше я как-то не задумывалась об этом. Владеть вниманием большой аудитории, поддерживать интерес к предмету, завоевывать уважение к себе на каждой паре изо дня в день, попутно заполняя целую гору бумаг…

– Но ведь это того стоит, верно? – улыбнулась Регина. – Именно поэтому мы здесь.

Девушка в ответ лишь молча посмотрела в окно, где уже начинали багроветь облака.

На полпути к преподавательской комнате ее остановил ректор:

– Здравствуйте, Тарин! Как Ваши успехи? Вас все устраивает?

– Здравствуйте. Спасибо, профессор, все в порядке.

– Если Вы захотите поговорить, я всегда найду для Вас время, – сказал он многозначительно.

– Спасибо, но в этом нет необходимости. Мне выделили очень грамотного куратора.

– Да, я слышал. Но я говорю не только о работе.

– Еще раз спасибо, профессор, но думаю, что кроме работы у нас нет других тем для беседы, – сухо отозвалась девушка. – Извините, мне надо идти.

Наблюдавшая за их диалогом Алиса подошла к ректору.

– Так вот кого она мне напоминает, – произнесла она еле слышно, глядя на удаляющуюся фигуру.

 – А ты хитрец: решил, оказывается, поместить ее поближе к себе. Только зачем из этого делать тайну, не пойму.

– Это не мое решение, – вздохнул мужчина, опершись о подоконник. – А хитрю я лишь в том, что хочу ей помочь. Я всю свою жизнь использовал одно лекарство от всех напастей: работу. Другого рецепта я не знаю.

– Если хочешь, я тоже могу ей в этом помочь, – его собеседница слегка прищурила глаза. – Тем более, завтра у нее первая лекция.

– Да, знаю. Я с огромным интересом пришел бы, если бы не знал, что она будет против. Не обижай ее, Алиса. Она очень хрупкая, хоть и кажется сильной.

– Мне кажется, ты плохо знаешь свою дочь, – покачала головой Алиса. – Все как раз наоборот.

Сумерки сгустились неожиданно для Тарин, и цвет неба за окном не отличался сейчас от цвета кофе в ее чашке. Девушка, сидя на мягком ковре и обложившись книгами, в который раз повторяла свои действия на завтрашних лекциях.

– Так и знала, что не спишь, – дверь точно подожгли: в полутьме вспыхнул отблеск лампы на волосах Регины.

Пижама глубокого синего цвета как всегда лишь усиливала это впечатление. – Ложись. Не выспавшийся преподаватель хуже неподготовленного.

– Тебе смешно, – вздохнула Тарин, не отрывая взгляд от бумаг. – Ты не думай, я уже выступала перед большими аудиториями. Когда мы защищали наш проект, я была как раз тем, кто волновался меньше всего.

– Кто это «мы»? – оживилась Регина.