Любовница бури

Поль захотелось провалиться в этот момент под землю, да хоть в тот темный подвал в Париже вернуться, лишь бы только не стоять в допросной с таким глупым выражением лица и ощущением собственной никчемности. Соблазнительница из нее явно никакая, если даже довольно устрашающий мужчина предпочитает держаться от нее подальше. Впрочем, она быстро нашла всему объяснение – она арестантка, с неизвестным происхождением, нищенка из глуши, да и к тому же вообще, скорее всего, пахнет совсем не аппетитно, да и сложно благоухать розами, когда обитаешь в грязном, переполненном людьми бараке.

А тюремная роба, чумазая шея и криво по-мальчишески отросшие волосы совсем не то, что может поспособствовать созданию положительного впечатления.

– Я тебе противна, – вырвалось у девушки.

– Нет-нет, вовсе нет, – забормотал Шварц и нагнулся, чтобы поднять оставленную у дверей прямо на полу маску, – я не хочу, чтобы ты делала что-то против своей воли.

Ответить Поль не успела, потому что он быстро напялил свой жуткий головной убор, даже толком не застегнув его многочисленные застежки, и выскочил из допросной, словно за ним гналась стая волков.

Поль трудно было это признать, но она почувствовала себя разочарованной.

Глава двенадцатая.

Verr? lamorteeavr? ituoiocchi

CesarePavese

Фреджене, весна 1959 г.

Дождь усилился и теперь ожесточенно моросил по крыше виллы. Стоило Поль увидеть Паскаля, она ухватила его за рукав покрытой каплями кожаной куртки, и потащила на террасу, прямо под холодные струи, льющиеся с неба.

Это место показалось ей самым подходящим для серьезных разговоров, которые никто больше не должен слышать.

Непогода безопасно отделяла их от жителей особняка непроглядной стеной.

Расположившись у перил, она попросила у старого друга сигарету и блаженно затянулась терпким горьким дымом. Француз тоже закурил, хмуро вглядываясь в темные морские просторы.

– Я пропустил что-то интересное? – насмешливо спросил он и тряхнул мокрыми волосами.

– Нет, – буркнула Поль, все еще находившаяся под впечатлением после неловкого ужина и еще более неловких зажиманий в коридоре. По крайней мере, рассказывать об этом старому другу она не планировала, да и плохо понимала под каким соусом можно подать такую информацию, чтобы она выглядела адекватно.

Чтобы отвлечься, Поль тоже стала любоваться хмурым морем, в таком освещении казавшимся темно-фиолетовым.