Симметрия

– Быстро тебя на ноги поставили, напужал ты меня, – раскрасневшийся Данилыч протянул руку.

– Сегодня десятый участок брать? – Соколов старался казаться бодрым.

– Присядь. У меня к тебе разговор есть.

Олег настороженный сел.

– Не напрягайся ты так. Я хочу тебя на работу взять. Айрата увольняю, толку, я смотрю, с него мало. Ты быстрее, а, главное, качественнее работаешь.

– Спасибо, Данилыч! Как тебя отблагодарить-то?

– О чем ты говоришь?! Без тебя у меня работа встанет.

– Понял, сам соображу.

– Да, ладно. Если не терпится тебе, можешь проставиться. Вечером ко мне товарищ заедет с сельсовета… Да и будет с тебя, соображатель.

– Не пожалеешь, Макар Данилыч!

– Хорош сопли жевать. Седня бери десятый.

– Уже взял! – Олег счастливый вышел из кабинета.

В конце дня он сбегал в местную лавку. Взял хорошей водки, закуси. У него очень кстати оказались при себе деньги, которые Даша дала на оплату счетов. Когда вернулся, в коморке Данилыча уже сидел его друг Самсон Никитич.

Худой, коренастый, в сером примятом костюме и расстегнутой на все пуговицы рубашке. От него шел несвежий выхлоп, но взгляд был острый. Смрад сигаретного дыма висел густой пеленой.

– Тяжелая у нас работа. И с депутатами надо порешать, и с коммерсантами, и все через печенку. Почиститься хочу. В выходные на Волгу махну на рыбалку. И сухой закон там. Может и ты со мной? Попостимся вместе, – говорил Никитич.

Олег принялся разбирать пакеты и накрывать на стол. Кривошеин достал стаканы, сдул с них пыль, открыл водку и разлил на троих.

– Не могу пока, работы много. В воскресенье собрание с садоводами, отчитаться надо. К июлю можно будет выбраться, когда накал спадет.

– Данилыч, я не пью, – напрягся Олег.

– И это правильно. Но за назначение рюмку кинь с честной компанией, – настоял шеф.

– Поляну выкатил, а гостей не уважишь, – подключился Самсон Никитич.

– Давай уже, писят грамм и домой беги к жене, – Кривошеин протянул стакан.

Не отпустили Олега мужики после первой, а потом он и сам остановиться не смог.

На голодный желудок развезло. Но ничего, пока дотопает до дома, все выветрится. Данилыч – святой мужик, по-отечески к нему отнесся. Где еще в городе работу найти? Нет сейчас работы нигде.

Какой же славный вечер выдался! В садах загудели цикады, воздух насытился ароматом запревшей травы. Дышалось полной грудью. Олег шел и представлял себе детскую в нежных салатовых оттенках. Любит он цвет травы и цвет солнца.