Дети первой зари

Поход в архив не принес им ни особых знаний, ни радости. Девушка погасила камень у самых дверей и, оглядевшись, выпустила ребят в коридор. Сама же задержалась на некоторое время, пытаясь отковырять глину с замка. Благо в этой части крепости было как обычно пусто.

В сердце смешались страх, разочарование в самой себе, раздражение и жалось к Итлин. Почему Кирс не изъял и их книги тоже? Уж Айрис-то точно особо не расстроилась бы, узнав, что мать выкинула ее, как мусор. На самом деле, девушка внутренне готовилась к чему-то подобному.

Почему так? Она ко всему была готова. С детства ее учили не ждать от внешнего мира ни жалости, ни сострадания к таким, как она. Что бы ни было в ее книге, это ее не удивит. Хватит! Айрис сунула инструмент за пояс и бросилась в сторону кабинета Кирса. Пути назад все равно уже не было. Если она начала нарушать правила, так хоть доведет дело до конца. А иначе выходило, что все это было зря. Больше ее книге негде быть.

Створка отворилась знакомым коротким щелчком. Все, наверное, были еще на празднике. Не заботясь даже о том, чтобы закрыть за собой дверь, девушка принялась выставлять на стол коробки с записями. Кое-какие дощечки упали на пол, но она не обратила на это внимания, открывая ящик за ящиком.

– Здесь ничего нет, Айрис, – послышался за ее спиной спокойный голос.

Она не испугалась, только вызывающе взглянула Отцу крепости в глаза.

– Почему? – сквозь зубы проговорила девушка.

– Записей нет в Белой крепости, – Кирс был на удивление спокоен.

– А где есть?

– Нигде. Их просто нет.

Айрис зло покачала головой.

– Ты… ты специально это делаешь!

– Ну не нечаянно, конечно, – мужчина усмехнулся, проведя руками по седоватым волосам. – Вот дела… Во всей Белой крепости не нашлось бы другого ребенка, вломившегося бы сначала в архив, а потом сразу ко мне в кабинет.

Она ничего не ответила, еле сдерживая слезы. А ведь заранее чувствовала, что все пойдет не так. Что просто все испортит, причем зря.

– Ну и что мне с тобой делать? – спокойно продолжил Кирс.

– Можешь выгнать, если тебе так хочется, – вырвалось у девушки, хотя при этих словах внутри у нее все похолодело.

– А тебе так здесь не нравится? Тебе здесь плохо живется?

– Нет, – прошептала Айрис, чувствуя, как из глаз текут слезы. – Я… это мой дом.