Великая охота

Хотя стол был массивным и крепким, с толстыми ножками, он словно бы прогибался под тяжестью, которую пусть и с трудом, но могли поднять двое сильных мужчин.

При взгляде на золотой куб Морейн с трудом сохранила невозмутимое выражение лица. В последний раз она видела его под надежными запорами в сокровищнице Агельмара. Узнав о прибытии Престола Амерлин, она намеревалась сама рассказать ей о находке. То, что ларец оказался уже у Амерлин, было пустяком, но пустяком, таящим в себе тревогу. Похоже, события опережают ожидания Морейн.

Она с достоинством склонилась в глубоком реверансе и церемонно произнесла:

– Вы звали меня, мать, и я пришла. – Амерлин протянула руку, и Морейн поцеловала кольцо с Великим Змеем, ничем не отличающееся от колец других Айз Седай. Поднявшись, она заговорила более непринужденно, но не слишком – помня, что позади, возле двери, стоит хранительница: – Надеюсь, мать, путешествие прошло хорошо.

Амерлин родилась в Тире, в семье простого рыбака, а не в благородном Доме, и звали ее Суан Санчей, хотя не многие употребляли это имя – или даже вспоминали его – за те десять лет, как она возвысилась над Советом Башни.

Она была Престол Амерлин; это значило все. Широкий палантин на ее плечах имел семь цветных полос, по числу Айя; Амерлин принадлежала всем Айя, и ни одной. Женщина за столом была среднего роста и скорее миловидной, чем красивой, но лицо отмечала сила, отличавшая ее еще до возвышения, – сила девушки, выжившей на улицах Мауле, портового района Тира, а взгляд чистых голубых глаз заставлял королей и королев и даже капитан-командора Детей Света опускать взоры. Сейчас в глазах Амерлин читалось напряжение, в изгибе губ – беспокойство.

– Мы призвали ветры, чтобы ускорить ход наших кораблей вверх по Эринин, дочь моя, и даже обратили в помощь нам течения. – В глубоком голосе Амерлин звучала печаль. – Я видела деревни возле реки, затопленные наводнением, которое мы вызвали, и один Свет знает, что мы содеяли с погодой. Мы не внушим к себе любви за причиненный нами ущерб и за погубленные хлеба.

И все ради того, чтобы как можно быстрее добраться сюда. – Взор Амерлин скользнул к покрытому орнаментом золотому кубу, и она приподняла руку, будто собираясь коснуться его, но лишь сказала: – Элайда в Тар Валоне, дочь моя. Она пришла с Илэйн и Гавином.

Морейн не забывала, что рядом стоит Лиане, как всегда в присутствии Амерлин безмолвная. Но все видящая и слышащая.

– Я удивлена, мать, – сказала она осторожно.