Великая охота

 – А если не сумею, то там никому не причиню зла.

Найнив молчала с минуту, потом медленно произнесла:

– Я в этом не так уверена, Ранд. Не скажу, что для меня ты с виду чем-то отличаешься от какого-нибудь деревенского паренька, но Морейн настаивает, что ты – та’верен, и я не думаю, что она считает, будто Колесо закончило с тобой. Темный, видимо…

– Шайи’тан мертв, – хрипло сказал Ранд, и комнату внезапно будто качнуло. Волны головокружения окатили юношу, он схватился за голову.

– Ты дурак! Ты полнейший дурак, слепой, наидурнейший дурень! Называешь Темного по имени, привлекая к себе его внимание! Тебе что, бед мало?

– Он мертв, – пробормотал Ранд, потирая виски.

Потом сглотнул комок в горле. Головокружение уже почти прошло. – Хорошо, хорошо – Ба’алзамон, если хочешь. Но он мертв; я видел, как он умер, видел, как он горел.

– А я не видела, как на тебя, вот только что, пал взор Темного? И не смей говорить, что ты ничего не почувствовал, иначе я тебе уши надеру, – я видела, какое у тебя было лицо.

– Он мертв, – не сдавался Ранд. Невидимый наблюдатель всплыл и пропал в его мыслях, вспомнился ветер на верхушке башни. Ранд содрогнулся. – Странные вещи случаются так близко от Запустения.

– Ты и впрямь дурак, Ранд ал’Тор. – Найнив погрозила ему кулаком. – Я бы надрала тебе уши, если бы этим могла вбить немного ума…

Последние ее слова потонули в звоне колокола, набатом прогремевшего по всей крепости.

Ранд вскочил на ноги:

– Тревога! Они ищут… – «Назови Темного по имени – и зло его падет на тебя».

Найнив встала, но куда медленнее, хотя и обеспокоенно качая головой:

– Нет, вряд ли так. Если б искали тебя, то звон колоколов предупредил бы тебя. Нет, если это тревога, то не из-за тебя.

– Тогда что это? – Ранд поспешил к ближайшей бойнице и выглянул наружу.

По закутанной в плащ ночи крепости светлячками метались огоньки – туда-сюда носились фонари и факелы. Некоторые устремились к внешним стенам, к башням, но большинство из тех, что Ранд видел, беспорядочно кружили по саду под окном и по одному внутреннему дворику, самый уголок которого чуть виднелся из окна.

Что бы ни вызвало тревогу, причина ее находилась внутри крепости. Колокола смолкли, и теперь стали слышны крики людей, но что те кричали, Ранд не разобрал.

«Если это не из-за меня…»

– Эгвейн, – вдруг произнес Ранд.

«Если он по-прежнему жив, если есть какое-то зло, то оно должно настигнуть меня».

От другой бойницы к нему обернулась Найнив:

– Что?

– Эгвейн.