Смертельная белизна

Дверь его кабинета чаще всего стояла открытой, и монотонный, как у пономаря, голос разносился по коридору, когда он с неуместным легкомыслием говорил о мелких заботах избирателей, похвалялся знакомством со знаменитостями и крупными политическими деятелями – словом, пытался создать впечатление, будто для специалиста его уровня руководство офисом по работе с избирателями – дело второстепенное, незначительное.

Всякий раз, когда Робин проходила мимо его распахнутой двери, он выкрикивал оживленное приветствие, демонстрируя подчеркнутое желание продолжить контакты.

Однако Аамир Маллик то ли случайно, то ли намеренно пресекал попытки Робин перевести эти приветствия в русло беседы: он опережал ее своими вопросами к Уинну или же, как сделал буквально час назад, просто затворял дверь у нее перед носом.

Внешний вид огромного здания, в котором размещалось Министерство культуры, СМИ и спорта, – каменные гирлянды, колонны, фасад в стиле неоклассицизма – ее подавлял. Интерьеры были модернизированы и украшены произведениями современного искусства, включая абстрактную стеклянную скульптуру, которая свисала с купола над центральной лестницей; Робин поднималась по ступеням в компании деловитой молодой женщины.

Полагая, что перед ней крестница министра, сопровождающая из кожи вон лезла, чтобы показать ей все самое интересное.

– Кабинет Черчилля, – объявила она, указывая налево, хотя они в этот момент поворачивали направо. – Это балкон, с которого он произнес свою речь в ознаменование Дня Победы в Европе.

К министру – сюда.

Она провела Робин по широкому дугообразному коридору, который был увеличен вдвое за счет устройства рабочего пространства со свободной планировкой. По правую руку сидели за рабочими столами хорошо одетые молодые люди; высокие окна выходили на квадратный двор, который своими размерами и высокими белыми стенами со множеством окон напоминал Колизей. Это было так не похоже на тесный офис, где Иззи заливала растворимый кофе кипятком из чайника.

Здесь кофе готовила суперсовременная капсульная кофемашина. Офисы слева были отделены от дугообразного коридора стеклянными перегородками и дверями. Робин издалека заметила министра культуры, который говорил по телефону, сидя за своим рабочим столом под современным живописным портретом королевы. Резким жестом он приказал сопровождающей провести посетительницу к нему в кабинет, но разговора не прерывал, отчего Робин испытывала определенную неловкость.