Смертельная белизна

Но это его не остановило: набрав номер справочной службы, он кое-как, не с первого раза, внятно сформулировал свой запрос, а после этого позвонил в родительский дом Робин.

К телефону подошел ее отец.

– Здрасть… Можно Робин?

– Робин? Ее, к сожалению, нет дома – уехала в свадебное путешествие.

Страйк плохо понимал, что ему говорят.

– Алло? – напомнил о себе Майкл Эллакотт и раздраженно добавил: – Опять пресса? Моя дочь в настоящее время за рубежом, попрошу больше сюда не звонить.

Повесив трубку, Страйк продолжал вливать в себя пиво, пока не отключился.

Гнев и досада не покидали его несколько дней, хотя кто угодно мог бы ему сказать, что он не имеет права вторгаться в личную жизнь своих подчиненных. Но Робин покорно села в самолет вместе с человечишкой, которого он про себя называл не иначе как «мудилой». И тем не менее, отсиживаясь, пока его имя не забыли новостные программы, в «Трэвелодже», с запасом пива и новым зарядным устройством, он все время ощущал на себе какой-то груз, очень похожий на депрессняк.

Чтобы только избавиться от навязчивых мыслей о Робин, Страйк в конце концов нарушил свою добровольную ссылку, приняв приглашение, от которого в другое время уклонился бы любым способом: согласился поужинать с инспектором сыскной полиции Эриком Уордлом, его женой Эйприл и их приятельницей Коко. Страйк не сомневался: встреча задумывалась ради банального сводничества. Коко и раньше допытывалась у Уордла, стоит ли ей рассчитывать на внимание Страйка.

Миниатюрная, гибкая, очень хорошенькая, с томатно-рыжими волосами, она работала в тату-салоне, а в свободное время танцевала стриптиз.

Страйк мог бы распознать сигналы опасности. Еще ни капли не выпив, она стала вести себя чересчур смешливо, даже истерически. С такой же легкостью, с какой Страйк выпил девять банок «Теннентс», он привел ее к себе в «Трэвелодж» и уложил в постель.

Потом Коко домогалась его чуть ли не месяц. Страйк был отнюдь не в восторге, хотя, когда ты залег на дно, скрываясь от прессы, временным подругам не так-то просто тебя выцепить.

По прошествии года Страйк так и не понял, почему Робин не уходит от Мэтью. Оставалось только предположить, что она, ослепленная глубиной своих чувств, не видит его истинной сущности. Что же до Страйка, у него завязались новые отношения, длившиеся уже десять месяцев. После расставания с Шарлоттой, единственной, кого он рассматривал в качестве будущей жены, таких длительных связей у него не случалось.