Боги Бал-Сагота (сборник)

Из прутьев мы построили себе хижины. Стали возделывать землю. Вычистили лес. Загнали туда рыжих великанов. А затем еще дальше, пока они, наконец, не бежали в горы на западе и на севере. Мы зажили богато. Зажили в достатке.

А потом, – тут его голос дрогнул от ненависти и гнева, отразившись от стен пещеры, – потом пришли кельты. Приплыли на своих грубых кораклах[26 - Коракл – традиционная бриттская лодка, сплетенная из ивняка и обтянутая шкурами.] с западных островов. Там они жили, но того им было мало.

Они продвинулись на восток и захватили плодородные равнины. Мы стали биться, но они были сильней. Свирепые воины, они носили бронзовое оружие, тогда как у нас было лишь кремневое.

Нас вытеснили. Они сделали нас рабами и изгнали в лес. Некоторые бежали в горы на западе, но было и много таких, кто ушел на север. Там они смешались с рыжими великанами, которых мы изгнали туда давным-давно, и породили расу чудовищных карликов, утративших всякую способность к жизни в мире и жаждущих лишь сражений.

Однако некоторые из нас поклялись никогда не оставлять землю, за которую мы бились. Но кельты на нас давили. Их было много и становилось еще больше. Потому мы ушли в пещеры, в ущелья, в овраги. Мы, которые всегда жили в светлых хижинах, которые всегда возделывали землю, стали учиться жить, как звери, жить в пещерах, куда не проникает солнечный свет. В пещерах, – эта была самая большая из всех, – которые мы находили и обустраивали, как могли.

Ты, бритт, – голос старика перешел на визг, и с обвинением длинная рука вытянулась к Короруку, – ты и твои люди! Вы превратили свободный процветающий народ в земляных крыс! Мы, которые никогда не дрались, которые жили на воздухе и в свете, рядом с морем, где ходили торговцы, – мы были вынуждены бежать, как загнанные звери, и зарываться в землю, как кроты! Но по ночам… Ах, это время нашей мести! Мы выбираемся из своих укрытий, из ущелий и пещер, с факелами и кинжалами! Смотри, бритт!

Проследив за движеньем, Корорук увидел округлый столб из какого-то очень твердого дерева, торчащий из углубления в каменном полу рядом с берегом речки.

Пол вокруг углубления выглядел обуглившимся, будто от прежних костров.

Корорук непонимающе уставился туда. Он в самом деле улавливал лишь малую часть того, что перед ним происходило. Он даже не был вполне уверен, что эти человечки действительно считались людьми.