Дверь в Лето

Этого вполне достаточно для работы сложных станков. Но для более хитроумных механизмов – управляемых ракет и «ловкого Фрэнка» – необходимо вмонтировать вторичные цепи, которые дадут возможность машине «рассуждать». Конечно, рассуждать, как человек, машина, по-моему, не сможет никогда, просто регулирующие цепи дадут команду: следить за тем-то и тем-то в таких-то пределах; обнаружив то-то и то-то, действовать по программе. Сложность программы зависит от возможностей памяти трубки Торсена – а они практически неограниченны! Можно так запрограммировать, что вторичные «цепи рассуждения» в любое время прервут цикл, если возникнет несоответствие с первично заложенной информацией.

То есть смысл в том, что нужно лишь однажды научить «ловкого Фрэнка» вытирать со стола, очищать тарелки от остатков пищи и загружать их в мойку, – дальше он все это запомнит и будет действовать самостоятельно. А электронная регулирующая – «цепь рассуждения» – проследит, чтобы он не бил тарелки. Если вставить вторую трубку памяти, машина сможет менять пеленки младенцу, но никогда не выбросит в мусорное ведро вместо использованных пеленок ребенка.

В квадратную голову «Фрэнка» легко могла бы вместиться хоть сотня таких трубок. В каждую из них можно занести память только об одной определенной операции. Затем монтируется цепь блокирования на случай, если «Фрэнк» столкнется с чем-то, что не вложено в его память, – в этом случае цепь сработает, он остановится и «позовет на помощь». И дети, и посуда – в безопасности.

Так на каркасе инвалидного кресла на колесах я построил своего «Фрэнка». Выглядел он, как осьминог в любовной схватке с вешалкой… но как при этом чистил серебряные ложки!

* * *

Майлз с недоверием осмотрел первого «Фрэнка». Он внимательно наблюдал, как «Фрэнк» смешал мартини и подал нам стаканы, потом вытряхнул и тщательно протер пепельницы (не прикоснувшись к тем, что стояли чистыми), открыл окно и закрепил рамы, подъехал к книжному шкафу, вытер пыль с книг и снова аккуратно расставил их по полкам.

– Много вермута, – сделав глоток, сказал Майлз.

– Именно так мне и нравится. Но можно научить его смешивать и в твоем вкусе. У него еще не задействовано много трубок.

Майлз сделал еще глоток.

– Как скоро его можно пустить в производство?

– Ну, лет десять с ним надо повозиться, – отвечал я. И, не ожидая, пока он взвоет, добавил: – Однако упрощенную модель можно будет запускать уже лет через пять.