Дверь в Лето

– Чушь! Мы обеспечим тебя всем необходимым, но опытный образец должен быть готов через полгода.

– Черта с два. Ведь это мое magnum opus.[5 - Великое творение (лат.).] И я не собираюсь отдавать его, пока он не станет произведением искусства: во-первых, размером в три раза меньше, во-вторых, у него должны полностью заменяться блоки, кроме торсеновских трубок. Он будет настолько ловким, что сможет не только прогуливать собак и купать детей, но даже играть в пинг-понг. Разумеется, если покупатель доплатит. – Я взглянул на «Фрэнка»: тот методично вытирал пыль с моего стола и при этом возвращал каждую бумажку на то же место, откуда брал.

 – Правда, играть с ним в пинг-понг мало радости – всегда будешь проигрывать. Хотя, думаю, его можно научить изредка «мазать». Ну да и покупатель на это клюнет.

– Год. Один год, Дэн, и ни днем больше. Я найму какого-нибудь электронщика тебе в помощь.

– Майлз! Когда ты наконец запомнишь, что технической стороной дела командую я. Твой черед наступит, когда я передам тебе готовую модель… но не раньше.

– И все-таки вермута многовато, – ответил Майлз.

* * *

Я ковырялся потихоньку с помощью наших механиков, пока не добился, что «Фрэнк» стал меньше походить на гибрид газонокосилки с игральным автоматом, а стал выглядеть как машина, которой не грех и перед соседями похвастаться. Между делом я устранил множество неполадок в его системе контроля. Я даже научил его гладить Пита и почесывать его за ухом именно так, как тому нравилось. А для этого, поверьте мне, нужна была система обратной связи не хуже тех, что использовались в приборах атомных станций.

Майлз на меня не давил, хотя и заходил ко мне время от времени посмотреть, как продвигается дело. Большую часть работы я делал по ночам, поужинав с Белл и проводив ее домой. Днем отсыпался, потом приезжал на фабрику, подмахивал не глядя бумаги, подготовленные Белл, и шел смотреть, что успели сделать за день механики. Потом вез Белл куда-нибудь ужинать. Днем я не выкладывался: не встречаться же с любимой женщиной, когда от тебя несет потом, как от козла. После напряженной работы ночью в лаборатории фабрики вряд ли кто-нибудь вынес бы мое присутствие. Кроме Пита, конечно.

Как-то раз мы с Белл, как обычно, ужинали в ресторане. Когда подали кофе, Белл спросила меня:

– Возвращаешься на фабрику?

– Конечно. А что?

– Да ничего, так просто. Майлз собрался встретить нас там.

– А…

– Он хочет провести общее собрание акционеров.