Иов, или Комедия справедливости

Начал болтать, когда следовало держать язык за зубами.

– Нет, смелый. Мне пора – Кристина сторожит мою тарталетку с вишней, и, если я задержусь, кто-нибудь обязательно слопает вишенку.

– Бегите. И огромное спасибо. Ну идите же, спасайте свою вишенку.

– А вы не хотите мне заплатить?

– О! А какая плата вас устроит?

– Ах, вы еще и дразнитесь!

Она придвинулась еще на несколько дюймов и подняла ко мне лицо. Не так-то уж много я знаю о девушках (а кто знает много?), но тут все было яснее ясного.

Я взял ее за плечи, поцеловал в обе щеки, поколебался ровно столько, чтобы убедиться, что она не сердится и даже не удивлена, а затем влепил поцелуй прямехонько посередине. Губы были теплые и мягкие.

– Вы эту плату имели в виду?

– Да, конечно. Но вы умеете целоваться и получше. Знаете ведь, что умеете. – Она выпятила нижнюю губку и скромно опустила глаза.

– Ну, держитесь!

Да, я умею целоваться и получше. Или, вернее, научился к концу следующего поцелуя. Позволив Маргрете играть роль ведущего и радостно кооперируясь с нею во всем, что, как ей казалось, повышает качество поцелуя, я за пару минут узнал о поцелуях больше, чем за всю жизнь.

В ушах у меня звенело.

После того как мы оторвались друг от друга, она на миг замерла в моих объятиях, затем невозмутимо посмотрела на меня.

– Алек, – сказала она тихонько, – ты меня еще никогда так великолепно не целовал. Божественно! Ну а теперь я побегу, а то ты из-за меня опоздаешь к ужину.

Она выскользнула из моих объятий и выскочила за дверь, как всегда, в мгновение ока.

Я внимательно рассмотрел свое отражение в зеркале. Никаких следов. А вообще-то, столь страстные поцелуи вполне могли оставить кое-какие следы!

Что же за личность этот Грэхем? Носить его одежду я могу, но осмелюсь ли я позаимствовать и его женщину? А она действительно его женщина? Кто знает?! Во всяком случае не я. Был ли он развратником и бабником? Или я вломился в совершенно невинный, хотя и несколько опрометчивый роман?

Нельзя ли мне вернуться назад тем же путем – через огненную яму?

Вопрос лишь в том – хочу ли я этого?

Идешь на корму, пока не достигнешь главного трапа, потом спускаешься на две палубы вниз и снова идешь в сторону кормы – так было указано на пароходных планах буклета.

Нет проблем! Человек у двери столовой, одетый примерно так же, как и я, но с меню под мышкой, был, вероятно, старшим официантом или главным стюардом столового салона.