Русский шпион. Операция «Брюссель»

Все мы здесь, чтобы служить Отечеству…, – она не успела закончить фразу, как Алексей перебил ее:

– За кого ты меня принимаешь, за деревенского идиота? Сделай мне одолжение: не подражай Петрову, который сначала говорит о высоких идеалах, а потом угрожает смертью мне и моей семье. Ирина, не пойми меня неправильно. Ты очень красивая девушка, но, конечно, не из тех женщин, на которых стоит жениться. Я хочу быть твоим другом, но только при одном условии: мы будем честны друг с другом. Для начала ты могла бы сказать мне, например, где находится мой брат Лука.

Ирина озадаченно посмотрела на него, но решила, что наконец-то пробилась к сердцу майора. С примирительным видом она подошла к Алексею и, когда они оказались лицом к лицу, сказала низким голосом:

– Неужели ты не можешь думать ни о чем другом, кроме как задавать вопросы? Почему бы нам не расслабиться вместе и не выпить этого великолепного шампанского. Я привезла его прямо из Италии и хранила для того, чтобы открыть его при особом случае. Мне кажется, это подходящий момент, чтобы завязать наше знакомство… скажем так… более «углублённом» ввиде.

Она протянула руку к столу и взяла из корзины бутылку игристого вина. На пол упали большие капли воды: это был лед, который начинал таять, по мере того как в комнате становилась все жарче.

Алексей решил, что ему подыграть ей. Это был единственный способ получить интересующую его информацию. Он все еще пребывал в неведении и почти ничего не знал о миссии, которую ему предстояло вскоре выполнить. До этого момента Петров говорил с ним только о Риме и Брюсселе, да и то поверхностно.

Единственное, что было известно наверняка – это то, что он должен был занять место своего брата Луки. Больше ничего. Больше подробностей он мог узнать от Ирины. В конце концов, переспать с ней было бы не такой уж большой жертвой.

Ирина и Алексей в ту же ночь несколько раз занимались любовью, очень страстно, и, наконец, уснули в изнеможении, один в объятиях другого.

10

Зловещий и повторяющийся звон разбудил Алексея.

Левой рукой, инстинктивно, он потянулся к прикроватной тумбочке и резким движением сбросил на пол будильник, покатившийся далеко в угол комнаты. Но звуки не прекратились, и он был вынужден встать с кровати. За окном было еще темно, но робкий луч света уже пробивался из темноты. Он был совершенно голый, голова кружилась. Он вспомнил минувшую ночь, вино и Ирину. У него перехватило дыхание. Кто-то, невидимый в темноте, сидел на кресле возле входной двери.