Запретная любовь

«Как ты мог предать меня? Как ты мог предать своего лучшего друга? Что обещали тебе эти мерзавцы… эти позорные люди?»

Прошло всего несколько часов с тех пор, как Мара по дороге из школы вручила ему обычную записку с указанием места и времени, где он должен был тайно встретиться со своей возлюбленной Скарлетт.

Их любовным отношениям с самого начала мешали древние разногласия, которые издавна существовали между семьями Фуско и Грациано, как между современными Монтекки и Капулетти.

Несмотря на некоторые мимолетные и полусерьезные попытки примирения, не последнюю роль в которых сыграл Дон Джулио, городской приходской священник, между двумя семьями по-прежнему была плохая кровь.

Они вели себя как две суперсилы, угрюмо смотрящие друг на друга, готовые укусить друг друга при первой же провокации. Местом этой семейной вражды была небольшая деревня в провинции Казерта, где все жители хорошо знали друг друга, и более чем несколько семей были связаны друг с другом.

В деревне, особенно пожилые люди, сожалели, что Никола и Росселла не смогли прожить свою невинную историю любви при свете дня из-за глупых и пустяковых разногласий, которые их родители продолжали, не останавливаясь, не разрешать.

На самом деле, самым яростным из всех был мистер Антонио, глава семьи Грациано, отец Скарлетт, который с самого начала был против этих отношений. Одна мысль о том, что его дочь однажды может выйти замуж за члена семьи Фуско, заставляла его дрожать и яростно выть, как зверь.

Иногда казалось, что он находится на грани полной потери контроля и разума, особенно когда старший сын Женя рассказывал ему о мимолетных и тайных встречах с сестрой. Каждый раз он очень сердился на дочь, и только вмешательство любимой жены с трудом возвращало спокойствие в семью. Но последний эпизод заставил «воду выплеснуться из вазы».

Джанни застал Росселлу в компании Ника, в недвусмысленных выражениях, в темном и уединенном переулке деревни. Буквально обхватив друг друга, они обменивались поцелуями и нежными ласками.

По их поведению казалось, что это их последняя встреча, как будто они предвещали наступление огромной бури на их влюбленные сердца.

На самом деле, эти двое молодых людей были не так уж далеки от истины.

Скарлетт, которой уже исполнилось шестнадцать лет, требовала свободы, чтобы иметь возможность выбирать, кого любить, не подвергаясь давящим и удушающим семейным ограничениям.