Первая жертва

Вы друг Гарольда, верно?

– Да, а в чем дело?

Джасинта коротко рассказала ей о своем открытии.

– Я сама друг Лувейна, но он играет нечестно. Мошенничает. Поэтому я говорю это вам, а вы передайте Гарольду, чтобы остерегался.

– О господи. Очень надеюсь, что еще успею его задержать. Они отправляются за город из дома Альбани. Сейчас позвоню туда. Спасибо, Джасинта!

Нора в голубом халатике, с еще мокрыми после мытья волосами, набрала номер Альбани. Ответила Тереза.

– Мне нужно поговорить с мистером Альбани или с Гарольдом.

– Они внизу, в подвале. Говорят о делах. Мне ни под каким видом не позволено их беспокоить. Кто это?

– Нора Олбрайт. Гарольд у меня останавливался, он мой земляк.

– Да, он о вас говорил. Что ему передать? Я скажу, чтобы он позвонил вам, как только освободится.

– Это срочно. Я только что узнала, что его хотят обмануть с помощью карты предателя. Какой-то Хортон Фут продал ее Альбани, но это ловушка, подстроенная Лувейном! На вилле будет засада!

– Матерь Божья, только не это! Майку нельзя терять еще одного клиента!

– Так позовите кого-нибудь из них к телефону.

– Извините, но их нет. Я вам соврала.

– Зачем?

– Майк велел. Чтобы все думали, будто они еще в городе.

– Значит, они уже уехали?

– С полчаса назад. Что же нам делать? Сообщить властям, чтобы остановили дуэль?

– Нет. Лувейн законов не нарушал, он просто нечестно играет. Дайте подумать… Все, закончим разговор. Есть одна мысль.

Нора повесила трубку. С Гарольдом и Альбани связаться нельзя, на виллу вовремя не успеть.

42

Ездить на чем-то кроме своей машины Альбани не любил. Жизнь слишком коротка, чтобы обходиться без «Ламборгини», считал он, но профессионализм возобладал над личными вкусами. Он наспех подобрал для себя с Гарольдом костюмы и грим, и они поехали на Центральный вокзал, где как раз успели сесть на поезд 7.15 до Санта-Марты, около которой и находилась вилла Лувейна.

Поезд был набит крестьянами в черном, везущими в плетеных корзинах два основных эсмеральдских продукта – салями и плоды хлебного дерева.

Отцы-основатели Мира Охоты поначалу хотели выселить с острова всех коренных жителей и начать все сначала в демографическом отношении, но после продолжительных дискуссий решили, что острову все же необходимо крестьянство. Но не какое-нибудь, а образцовое, довольное своей участью и не завидующее окружающему богатству и роскоши.