Магия отступника

Все мои тревоги закончились бы, и больше не было бы никаких сомнений, правильно ли я поступаю. А теперь я вернулся в мир, где все от меня чего-то ждали.

Я лежал под естественным навесом из лозы, опутавшей клонящуюся к земле ветку могучего дерева. Ее листва отбрасывала густую тень в и без того неярком свете леса. Мох подо мной был мягким и пышным. Я предположил, что Джодоли магией создал для меня эту удобную постель, но едва я собрался его поблагодарить, как Оликея поставила рядом со мной корзинку с ягодами, и мое внимание оказалось приковано к ним.

Все мои силы ушли на то, чтобы поднять истощенную руку. Опустевшая кожа свисала с нее дряблым занавесом. Я зачерпнул из корзинки пригоршню спелых ягод, не обращая внимания на то, что раздавил часть, и запихнул в рот. На моем языке расцвел восхитительный вкус, дарящий жизнь, сладкий и чуть резковатый, благоухающий цветами. Я дважды прожевал ягоды, проглотил их, облизал с руки сок и затолкал в рот еще пригоршню, сколько поместилось. Я жевал, плотно сжав губы из опасения потерять хотя бы каплю сока.

А рядом со мной разразилась буря. Джодоли и Фирада бранили Оликею, а та сердито огрызалась. Я не обращал на них ни малейшего внимания, пока корзинка не опустела. Она была отнюдь не маленькой, и ее содержимое должно было бы насытить меня, но с каждой каплей восполненных сил мое тело лишь просило большего. Я уже собрался потребовать добавки, но некая природная хитрость подсказала мне, что, если я разозлю Оликею, она может отказаться мне помогать.

Я заставил себя прислушаться к ее словам.

– …на свету, там, где рухнуло дерево великого. И вот я обгорела. Даже Ликари обгорел, хотя маленький негодник не слишком-то мне помог. Пройдет много дней, прежде чем я смогу двигаться без боли или хотя бы спокойно спать!

Джодоли казался смущенным из-за меня. Фирада сидела, поджав губы – так спеки выражали отрицание, – и упрямо изображала справедливое негодование.

– А ты как думала, что значит быть кормилицей великого? Ты думала, тебе придется только приносить ему еду, а потом греться в лучах его могущества? Если б так, он бы не нуждался в кормилице. Просто кормить его мог бы весь народ. Нет. Великому нужна кормилица именно потому, что он не может думать о делах повседневных. Он слишком занят, прислушиваясь к магии. А твоя задача – обустроить его жизнь.