Владыка морских глубин

Я не хотел признаваться в этом даже мысленно, но…тогда в зале, когда она на секунду открыла глаза, окинув его затуманенным взглядом, прежде чем снова уйти в небытие, внутри что-то дрогнуло.

Опасна, определенно опасна.

Но выбора особого нет, время вспять не повернуть. Знала бы она, что её ждет выбор без выбора, вела бы себя, так же как и сейчас?

Похищение

– Владыка!!! – протяжный вопль Берна разрезал пространство словно ножом, заставляя вздрогнуть от неожиданности и… напрячься.

За всю свою жизнь, Алари Берн лишь единожды позволил себе столь вопиющие нарушение тишины, и то, в то время от него ничего не зависело.

Новорожденные дети имеют свойство плакать, а после… после насколько мне известно, друг не позволял себе банального повышения голоса. Даже в пылу спора он оставался тихим, спокойным, и опасным. До недавнего момента.

– Ал? Какого Посейдона ты вопишь, аки девица в постели?!

– Мой Повелитель, я даже не сомневаюсь, что дамы находясь в ваших покоях, выкрикивают нечто подобное, и в любой другой раз я бы не оставил вашу колкость без ответа, но сейчас – шутки в сторону.

Ведьму похитили!

Выдохнул и сжал руки в кулаки, пытаясь удержать в себе неконтролируемый выброс магии. Я ни сколечко в правдивости его слов, прекрасно зная, что друг опроверг все другие возможные и невозможные версии, он не тот человек, который делает поспешные выводы, но не спросить все же не мог.

– Ты уверен?

– Более чем. Вот, взгляните.

Приблизившись, Берн продемонстрировал сжатую в кулак руку, из-под пальцев которой исходило едва различимое сияние.

Когда он разжал пальцы, над его ладонью воспарило маленькое живое солнышко. Чужеродная магия, почувствовав свободу, сделало кульбит, и ринулась вперед, желая слиться со своим носителем, но не тут то было. Одним ловким движением, Берну удалось ухватиться за "лучик" и притянуть обратно. Бесцеремонно встряхнув солнышко, отдал короткий приказ:

– Покажи, – ведьмовская сила не спешила ему подчиняться, тогда, он стал напитывать солнышко своей энергией.

Встрепенувшись, магический шар, расширился до размера карманного зеркальца, являя нашему взор последние секунды пребывания сухопутной, в чертоге моих владений.

В темном помещении, в котором я тут же узнал чулан для тряпок, ведер, чистящих средств и прочего инвентаря, едва угадывался женский силуэт. Она забилась в самый угол, поджав колени к груди, вздрагивая на каждый особо сильный удар в дверь, сотрясающий пространство.