Сбежавшая невеста

Скажите только слово, когда проголодаетесь. Адольфо уже готовит завтрак.

Дженифер выпила еще две чашки кофе, просматривая газету. Но она не нашла никаких упоминаний о супругах Ноубл или о ней самой. Сколько времени Ник сможет делать вид, что его жена уехала за границу? Кто-то же начнет скучать по Барбаре! Например, ее любовник.

«Но будет ли кто-нибудь скучать по тебе, Дженифер?» – спросила она себя. Поднимет ли тревогу ее босс? Вряд ли – ведь это он познакомил ее с Ником, которому он наверняка позвонит.

«Ник, – скажет он, – Дженифер не вернулась на работу.

Не знаешь ли ты?..» – «О, Арчи, прости меня, – скажет Ник. – Я должен был тебе позвонить. Она сбежала от меня в Лас-Вегасе, прихватив мой кошелек с деньгами. Встретила кого-нибудь, у кого яхта побольше, наверное. Ты ведь знаешь этих шлюх».

А коллеги, не любившие ее, только порадуются тому, что ее больше не будет с ними. Она не заводила друзей среди женщин, чтобы избежать ревности. Свобода от обязательств, которые налагает дружба, позволяла ей в любой момент быть доступной для своего очередного друга и выполнить любой его каприз.

Ник, подобно другим, которые были до него, не любил ничего планировать заранее и требовал от нее, чтобы она была готова уехать в любой момент. Поэтому друзей она не заводила. И впервые за десять лет пожалела об этом.

«Ну почему я сразу же не пошла в полицию! Была слишком напугана. Боялась того, что не смогу ничего доказать, и полицейские мне не поверят. Они не смогут меня защитить, и пройдет немного времени, как я погибну в аварии.

А может быть, уехать из страны, как это сделала Барбара Ноубл».

На газету упала тень, и девушка испуганно вскочила. Перед ней опять стоял владелец закусочной, с кофейником в руке.

– Наверное, я должен извиниться. Я не хотел посмеяться над вашими волосами. Вы подверглись химиотерапии? Или чему-нибудь вроде этого?

У Дженифер возникла мысль списать все на рак, но она не решилась и дальше искушать судьбу. С лысой головой, с красными от слез глазами она, вероятно, показалась этому старику уродиной.

Что же ему сказать? Но почему она должна перед ним исповедоваться? Ведь она находится в закусочной, а не в церкви или в полиции.

Хозяин ласково смотрел на нее.

– Вы заботитесь о людях, которые к вам приходят, да? – спросила она.

– Нет, я… – Он запнулся, но потом решительно сказал: – Да, забочусь.

– Не беспокойтесь обо мне. Я не больна и не бездомна. – «Я просто безмозглая дура, сбежавшая от убийцы», – хотелось ей добавить.