Параллельный мир

И группа продолжила путь сквозь тьму. Свет от факелов освещал каменный безжизненный ровный пол. Ни одного насекомого не пробежало под ногой с тех пор, как они спустились. Стена с лестницей давно остались позади, и люди в толпе стали нервничать. Первыми заговорили матросы. Их шепот в гнетущей тишине прозвучал слишком громко. Разговор дошел до капитана. Он громко рявкнул, возвращая мужество в сердца трусливой команды. Но надолго этого не хватило. Недовольство среди матросов нарастало. Даже старик Римус стал подумывать о возвращении.

Лишь первый помощник – «Медведь» Хью – оставался непоколебим. Он вновь взял девочку к себе на плечи и, забрав факел у замыкающего, сам стал освещать путь позади.

Но внезапно впереди появился свет. Мерцающее теплое свечение нарастало с каждым новым шагом. Наконец оно заполнило все пространство, осветив гигантскую каменную стену вулкана по обе стороны. В тот момент, когда глаза привыкли к свету, в нем вырисовался проход. Высокий и широкий, он вел из темноты в помещение не меньших размеров.

Однако в отличие от того места, где они были, то, что было за проходом, было полностью заполнено этим светом, и не было в нем ни намека на тень.

Упорно и уверенно капитан вошел в ярко освещенный проход, растворившись в янтарном свете. Вся оставшаяся группа с опаской проследовала за ним.

В это же время Джим Бом нервно покуривал трубку, облокотившись на борт шлюпки. Боцман Джеймс Морган стоял рядом, скрестив руки за спиной.

С его лба текли крупные капли пота. Жара была просто невыносимой даже в тени деревьев.

– Их давно нет, – бросил ему кок.

– Ты считаешь, что им требуется подмога, Джим?

– Нет, скорее, я думаю про то, что они могли что-нибудь найти. Как думаешь, Морган? – его голос звучал насмешливо.

– Ты никогда этого не узнаешь наверняка, пока они не вернутся.

Спасаясь от жары, он расстегнул свой синий засаленный кафтан и бросил его на песчаную гладь.

Из-под треуголки торчала просмоленная седая косичка. Джеймсу Моргану шел уже пятый десяток, и ему в силу почтенного возраста порядком поднадоели все эти путешествия. Он согласился на это последнее для него плавание только из-за золота. Которого он не видал со дня отплытия из Берминга.

– В том-то и дело, Джеймс. В том-то и дело, – кок насмешливо ухмылялся, сплевывая на землю.

– Что ты имеешь ввиду, Джим? – боцман повернулся к юноше.