Шкатулка королевы

Не обращая внимания на суету англичанина, лейтенант стал внимательно вчитываться в рекомендательное письмо, в котором на английском, испанском и французском языках были подробно описаны его внешность, род занятий и занимаемое положение в обществе. На суровом лице Удаля промелькнула усмешка не то сомнения, не то иронии. От взгляда де Руже не укрылось и то, что лейтенант дважды пробежал глазами по тексту документа, будто старательно заучивая его содержание наизусть.

– Возьмите, – проговорил он, возвращая бумаги Лауделлу, и повернулся к де Руже.

 – Странно! Весьма! Но у меня есть приказ во всём содействовать вашей милости. Если вы готовы поручиться за этого человека, то вашего слова мне будет достаточно.

– Естественно, я ручаюсь за моего секретаря! – заявил де Руже, глядя ему прямо в лицо. – И если у вас более нет вопросов ко мне, сударь, то не будет ли вам угодно отдать приказ переправить нас вместе с багажом на берег?

– Да! Сию же минуту!

Удаль отошёл к сопровождающей его охране и отдал приказ доставить трёх пассажиров, на которых он указал взмахом руки, а также и весь их багаж на берег.

После этого он отсалютовал де Руже шляпой и вернулся к капитану шхуны.

– Теперь займёмся вашим грузом и остальными пассажирами, сударь. Есть ли на борту кто-либо ещё, кроме вас и команды?

Уже спускаясь по верёвочной лесенке в шлюпку, Арман услышал, как капитан Фаулз сетовал на непогоду, ураганные ветры и шторм, которые застигли их во время перехода через пролив, тогда как оставшиеся на судне охранники таможни выкрикивали что-то из трюма корабля.

Таможенный досмотр и оплата пошлин за ввозимый груз не интересовали генерала, но ему показалось странным то обстоятельство, что его и Данжюса отправили во Францию с поддельными документами, да ещё и на торговом судне, словно они были опасными беглецами, которых преследуют английские власти!

У пристани стоял неказистый экипаж, запряжённый парой гнедых лошадок.

Если бы их масть и стать описывал известный при дворе остряк маркиз де Лозен, то он наверняка упомянул бы имя Росинанта – легендарного скакуна славного идальго, героя всем известного испанского романа о Дон Кихоте.

– Это они нас ждут? – с сомнением в голосе спросил Данжюс и взглядом, полным недоумения, осмотрел всю площадь в поисках другой кареты. – Я-то думал, что мы поедем верхом… Или хотя бы в более приличной на вид карете, что ли.