Спасение души. Возвращение

Вы многих спасли сегодня.

Мэт сделал пару шагов вперёд и спросил серафима:

– Это ведь был Он, не так ли?

– Вы правы, Видящий Вар Луаф. Это был он – архдемон Баал. Принц лжи и манипуляций… Удивлён я. Вы смогли не только его разглядеть, но и распознать.

– Как же такое возможно, что сам архдемон стоял рядом с нами, а мы даже не почувствовали его? – удивилась Нина.

– Уместен ваш вопрос, Дракич Нина. Но стоит учитывать факт тот, что это был не простой Падший, а сам Принц Лжи и Манипуляций. Мастер своего дела он.

Нет в этом равных ему. Он мог бы тысячу лет жить среди людей, а вы так и ничего не заподозрили бы, – Диссидия посмотрел на меня.

– Я был рядом с ним почти всё время, – немного замялся я. – Однако теперь я, кажется, начинаю понимать, когда Баал захватил власть над Николасом. Примерно час назад мне показалось, что аура капитана потухла, а затем снова зажглась.

– Скорее всего правы вы, Льюис, – подтвердил Диссидия.

– Но что ему было нужно и как вы не смогли предвидеть такое массивное вторжение?! – протестующе выкрикнул Алекс.

Я не знаю, чувствуют ли ангелы вину так же, как её чувствуют люди, но лицо серафима в тот момент стало виноватым.

– В засаду мы попали. Я брата близкого потерял…

С этими словами серафим отвернулся и медленно направился к раненым Связующим. Беккет повернулся ко мне: «Я не знаю кто вы и что вы… по крайней мере, кто вы теперь, но вы явно не тот человек, на которого у нас досье. Вы враг демонам, и вы друг ангелам и к тому же, как мне рассказали мои инквизиторы, вы многих сегодня спасли.

От имени всех филиалов и подразделений Смертного Легиона приношу вам свою благодарность», – без запинки отчеканил он. Казалось бы, что такому скользкому чиновнику как Беккет такое было не по силам, но он всё-таки поблагодарил меня и думаю, что он был искренен.

Часть VI: Последствия

Нина и Мэт заставили меня лечь в лазарет, но я не запомнил, где он находился и как мы туда добрались. Лежа на неудобной раскладной кровати и глядя в потолок, я наслаждался полнейшей тишиной.

Я почти забыл, каково это. Всё моё тело болело. Мои руки были забинтованы. Рядом со мной спал Алекс с шиной на ноге, посапывая как младенец.

Отдохнув некоторое время, я кое-как встал и вышел из комнаты. Первые шаги дались мне с трудом; покачиваясь, я вышел в коридор. Здесь царила суматоха, но не такая, как при вторжении. Суматоха была оживлённой, целеустремлённой и одушевлённой.