Изгой ночного клана. Том 4

А офицеры могут только своё имя написать или прочитать. Грамоте обучаются только богачи или высший командирский состав, то есть капитаны. Хотя здесь тоже детей учили читать и писать, но не стану же я им их дела давать на изучение и анализ?

– Вот как… Я совсем забыл об этом. Но я умею читать. Меня как раз тут научили.

– Хм… Мне бы пригодилась твоя помощь. Но ты, наверное, устал и голоден.

– Да это ерунда. Разве что я бы хотел к Татьяне сходить сначала.

– А вот этого не советую. На улицах всё ещё опасно. Дождись хотя бы дня.

Да и с женой или дочкой даже днём лучше не выходить.

– А мы не отправим людей на зачистку?

– Я уже отправлял. Сектанты оказались куда многочисленней и организованней, чем мне сразу показалось. Мало того, что они успешно отбиваются от всех трёх кланов, так ещё и захватили верхний квартал. А за той стеной их не достать.

– Твою ж… – я запнулся, посмотрев на дочь.

– Пап, так мы не пойдём к маме?

– Пойдём, солнце, только немного позже.

– Хорошо, можно я тогда тебе помогу? Я тоже умею читать.

Немножко…

– Давай так, я тебе буду давать некоторые документы, которые тебе можно читать, а ты мне скажешь знаешь этих детей или нет и что о них думаешь?

– Ух ты, давай.

И мы погрузились в работу. Время летело достаточно быстро. Было одновременно интересно и страшно читать о всех детях, опытах и прочих издевательствах. Ещё страшнее было читать о всяких жестоких поступках, которые совершали подопытные. Детьми их всех называть было неправильно. Многих не выпускали из комплекса до двадцати лет.

Хотя в этом мире такой возраст считался совершеннолетием. И хоть дни здесь были длиннее, месяца состояли не из тридцати дней, как у нас, а из двадцати. А значит год по времени длился столько же.

Лизе мне поначалу помогала. Она рассказала о нескольких девочках, с которыми она дружила. По её словам, они были вполне вменяемы, как и она сама. Но вскоре моя дочь устала и уснула прямо на куче отсортированных папок с бумагами. Я отнёс её в комнату Войса. За кабинетом, в котором мы работали, находилась подсобка с кроватью.

А затем я снова вернулся к работе.

Всех детей мы перебрали где-то часов за пять. И это, не считая самостоятельной работы Войса. Всего в комплексе находилось шестьдесят три ребёнка от десяти до двадцати лет.

Мы разделили их на три группы. Адекватные – такие как моя дочь. Их можно смело возвращать родителям и ни о чём не беспокоиться. В основном это были дети, которые провели здесь не больше трёх лет.