Садовник

 – От моей Долорес хоть что-нибудь осталось?

– Да, Хуан… – дрогнувшим голосом произнес алькальд. – Там… у меня в машине…

Полковник оттолкнул алькальда и торопливо зашаркал вниз по ступенькам.

– Там немного… ты извини… сам понимаешь, – побежал вслед за ним алькальд, – пепел да костные фрагменты… но я привез все, что сумели собрать ребята из управления полиции…

Мигель ошарашенно тряхнул головой и медленно двинулся вслед за полковником и алькальдом, а когда подошел к машине, сеньор Эсперанса уже открыл стоящую на заднем сиденье большую черную лакированную шкатулку и смотрел внутрь застывшим взглядом.

– Это она?

– Без сомнения, Хуан… – нервно выдохнул алькальд. – Можно хоронить. Новая крышка для гробницы уже в склепе… И падре Франсиско на месте – только тебя ждет…

Полковник Эсперанса медленно закрыл шкатулку, пожевал губами, отчего прокуренные седые усы жутковато зашевелились, и кивнул:

– Тогда не будем откладывать.

* * *

Едва сеньор Эсперанса исчез в дверях, Мигель жестко взял алькальда за локоть.

– Сеньор Рохо, вы рискуете.

– Бросьте, лейтенант, – криво улыбнулся алькальд. – Это вы рискуете.

– Но это же полная чушь! Откуда у вас останки? Даже если суд состоялся до обеда, а это невозможно, их не могли привезти из Сарагосы так быстро!

Алькальд надменно поднял голову.

– Это вас не касается. Главное, что у меня есть все документы.

– Покажите, – демонстративно протянул руку Мигель.

Алькальд покачал головой:

– Есть официальный порядок. Пошлите официальный запрос вашему начальству, и, если оно сочтет нужным, вас ознакомят.

Мигель понимающе усмехнулся. Он еще не знал, как алькальд сумел это устроить, но понимал главное: сеньору Рохо, да, наверное, и полковнику, глубоко безразлично, где на самом деле захоронено тело покойной сеньоры и кто его на самом деле похитил. Главное – соблюсти внешние приличия. Но он в эти игры играть не собирался.

– Учтите, сеньор Рохо, я подал рапорт.

– Мне уже сообщили…

– А у Энрике Гонсалеса есть алиби.

– Да неужели?

– И я найду преступника, а вам еще придется краснеть за то, что вы сделали, – завершил Мигель.

– Штаны не порви, щенок, – зло дернул губой алькальд.

* * *

Уже в четыре часа пополудни останки тела сеньоры Эсперанса, а точнее, то, что выдали за ее останки в Сарагосе, в присутствии всей семьи, алькальда и начальника городской полиции снова отпели, погрузили в гробницу и закрыли новой, точь-в-точь похожей на прежнюю крышкой.