Платформа

Когда он думал, то играл с обломком металла, блестевшим на свету.

По крайней мере, у нее теперь было достаточно подробностей, чтобы отыскать этот ПравдивыйРассказ. Тот обязательно вызовет из глубин памяти Рейзер его настоящее имя.

Но не сегодня. Она наконец-то заснула – думая о Ларрене Гэмлиэле (Мардл? Мардли?), под неутихающее мигание новостного сигнала на мониторе и почему-то с Талленом на уме. Ей снился кусок сверкающего металла, который подбрасывали в воздух и ловили, и подбрасывали снова и снова.

Шесть. Алеф

КлючСоб 6: Итан Дрейм

«Ты сам не знаешь своего папу».

Захваченный порносферой, я и забыл об этой фразе, но позже вспомнил. Она была словно загадка. Пеллонхорку было известно, что у моего папы есть пьютерия, позволяющая выйти за пределы Балабол-канала – но откуда ему это было известно?

А еще он знал, как именно использовать приборчик Трейла, чтобы пробраться в папин офис. Неожиданно я понял, что Пеллонхорк уже был зарегистрирован в памяти замка; в список пришлось добавлять только меня.

Он просто не хотел, чтобы я узнал, что у него есть доступ. И теперь, когда я об этом задумался, очень неправдоподобным казалось, что Трейл позволил Пеллонхорку стащить подобное устройство. Трейл был слишком осторожен.

К тому же Пеллонхорк знал, где в офисе найти пьютерию, способную установить связь с его папой. Это значило, что он не просто был в курсе того, где стоит тормозная железяка и что на самом деле она работает быстро. Он был и в курсе того, что она свяжет его с отцом.

Мне не нравилось, что Пеллонхорк больше меня знает о пьютерии моего папы, но гораздо сильнее мне не нравилось, что он больше меня знает о моем папе. И я решил это исправить.

По возгрешеньям все ходили в церковь. Даже Пеллонхорка туда водили. Это оказывало на него необычайное воздействие. То, что нам, геенцам, казалось обыденным, тревожило Пеллонхорка. В жизни он не боялся ничего (если забыть о том случае с Трейлом), но до сих пор не задумывался о смерти.

А здесь, на Геенне, вдобавок к размышлениям о смерти, перед ним немедленно встала перспектива Мук, Вечных и Адских.

Итак, я знал, что он будет в церкви, впитывая со своей незаурядной сосредоточенностью знания о грядущих ужасах. В плетницу я притворился, что маюсь животом, и столько раз вызвал у себя рвоту, что в возгрешенье мне разрешили остаться дома, когда все остальные пойдут в церковь.

Я отправился в офис и проник внутрь.